Система вознаграждения и расстройства биполярного спектра

 

Расстройства биполярного спектра (РБС) характеризуются чрезмерными колебаниями настроения (от эйфории или возбуждения до тоски), мышления (от мании и скачки идей до ощущения собственной никчемности и нарушения концентрации внимания) и поведения (от повышенного энергетического потенциала и избыточной целеустремленности до ангедонии и апатичности), происходящими у одного человека. Эти пациенты встречаются достаточно часто, порой в значительной степени утрачивают трудоспособность, при этом степень тяжести расстройства может варьировать – от легкой циклотимии и биполярного расстройства II типа до полномасштабного биполярного расстройства I типа.

 

Личностные когнитивные стили (т.е. общие фильтры, используемые для обработки информации и интерпретации событий в своей жизни) могут предопределять предрасположенность к симптомам РБС. В действительности, люди с РБС проявляют когнитивные стили с определенными уникальными чертами, связанными с системой поощрения (вознаграждения)1,2, и, как оказалось, эти когнитивные стили могут прогнозировать начало и течение РБС3. Согласно теории «гиперчувствительности к вознаграждению»3,4, люди с РБС (или из группы риска развития РБС) имеют гиперчувствительную систему вознаграждения, связанную с дофаминергической фронто-стриарной системой, моделирующей мотивацию и целенаправленное поведение, которая остро реагирует на достижение цели и поощрительные стимулы. Такая гиперчувствительность ведет к чрезмерным аффекту по отношению к цели и побуждающей мотивации в ответ на события жизни, связанные с устремленностью к цели и ее достижением, что, в свою очередь, ведет к гипоманиакальным/маниакальным симптомам. Также она может приводить к избыточному снижению аффекта и мотивации по отношении к цели в ответ на недостижение поставленных целей и неполучение вознаграждения (например, непримиримая потеря или неудача), которые могут приводить к биполярным депрессивным симптомам.

 

Следовательно, склонность системы вознаграждения к чрезмерной активации и деактивации является гипотетическим фактором предрасположенности к РБС в данной модели. Данная модель также предлагает, что такая гиперчувствительность предрасположенных лиц вызывает поведение, которое повышает их контакт (путем процесса «генерации стресса») с событиями, связанными с достижением цели и вознаграждениями, что, в свою очередь, провоцирует избыточные реакции их системы вознаграждения. Современные обширные данные: самоотчеты пациентов, а также поведенческие, когнитивные, анамнестические, нейрофизиологические и нейронные свидетельства поддерживают данную модель гиперчувствительности к вознаграждению при РБС3,4.

 

Высокая чувствительность к вознаграждению может быть чертой темперамента, способствующей развитию когнитивных стилей, связанных с вознаграждением1. Наряду с этой гипотезой было обнаружено, что биполярные лица в фазу эутимии проявляют характерный профиль когнитивных стилей, характеризующихся перфекционизмом, самокритикой и автономностью. Причем эти стили более выражены, чем зависимость и поиск одобрения, наблюдаемая среди лиц с  униполярным депрессивным расстройством1. С учетом текущих симптомов, лица с РБС показывают более высокую мотивацию к достижению, неэффективное отношение к достижению цели (например, «Человек должен преуспевать во всем») и амбициозный стиль целеустремленности, по сравнению с контролем1,2.

 

Веские доказательства, подтверждающие, что когнитивные стили, связанные с вознаграждением, способствуют склонности к РБС, происходят из проспективного исследования5, которое обнаружило, что, учитывая начальные аффективные симптомы и семейный анамнез биполярного расстройства, подростки без предыдущего анамнеза РБС, показавшие  амбициозный когнитивный стиль целеустремленности в начале, имели большую вероятность и более короткий период до возникновения первого эпизода РБС, чем лица без данного когнитивного стиля. В добавление, когнитивный стиль, характеризующийся  амбициозной целеустремленностью, опосредовал прогностическую ассоциацию между высокой чувствительностью к вознаграждению по данным самоотчета и более коротким периодом до возникновения первого эпизода РБС в данной выборке подростков5, в дальнейшем предлагая, что амбициозная целеустремленность является чертой, указывающей на предрасположенность к РБС, которая может учитывать некоторые риски, связанные с чувствительностью к вознаграждению.

 

Когнитивный стиль  амбициозной целеустремленности, перфекционизм и склонность к чрезмерному обобщению успеха (вознаграждения) также наблюдались у лиц без предшествующего анамнеза РБС, но находящихся в группе поведенческого риска развития биполярного расстройства6,7. Более того, учитывая начальные гипоманиакальные симптомы, когнитивный стиль чрезмерного обобщения успеха взаимодействовал с самоотчетной гиперчувствительностью к вознаграждению, предсказывая нарастание гипоманиакальных симптомов у подростков без предшествующего анамнеза РБС8.

 

Когнитивный стиль, связанный с вознаграждением, также влияет на течение РБС. У лиц с биполярным расстройством I типа амбициозная целеустремленность к финансовым успехам и популярности прогнозировала нарастание гипоманиакальных симптомов в течение трех месяцев наблюдения2. В добавление, учитывая предшествующий анамнез эпизодов мании и депрессии, старшие подростки с биполярным расстройством II типа или циклотимией, обладающие самокритичным или автономным когнитивными стилями в начале, имели более высокую вероятность возникновения гипоманиакольного и маниакального эпизода в течение  трех лет наблюдения, чем подростки, не проявляющие эти когнитивные стили1. Более того, автономный когнитивный стиль опосредовал прогностическую связь между самоотчетной гиперчувствительностью к вознаграждению и проспективным возникновением гипоманиакальных или маниакальных эпизодов в данной выборке1.

 

В результате, в той же выборке жизненные ситуации и когнитивные стили, связанные с вознаграждением, взаимодействовали друг с другом и, таким образом, прогнозировали развитие симптомов биполярного расстройства9. Т.е. взаимодействие начальных аффективных симптомов и общего количества пережитых жизненных событий, исходных перфекционистских и самокритичных когнитивных стилей с позитивными событиями, активирующими систему вознаграждения, говорило о повышенном риске гипоманиакальных/маниакальных симптомов, а негативные события, деактивирующие систему вознаграждения (например, некоторые неудачи), говорили о развитии депрессивных симптомов в течение периода наблюдения9.

 

Когнитивные стили, связанные с вознаграждением не всегда могут быть дезадаптивными. Действительно, высокая мотивация на различные достижения и амбициозная целеустремленность могут способствовать высокой креативности и потребности в успехе, которые также демонстрируются у многих людей с РБС или у людей с поведенческим риском развития РБС6.

 

Когнитивные стили, связанные с вознаграждением, играющие роль возникновении и течении РБС, имеют применение для психосоциальных мероприятий, в частности когнитивно-бихевиоральной терапии (КБТ), которая показала профилактический эффект для РБС10. В КБТ могут быть добавлены задачи, которые особым образом направлены на стремление к успеху, амбициозную целеустремленность и когнитивные схемы, направленные на вознаграждение, для лечения РБС10. Например, психотерапевт может разработать план, в котором колебания амбициозного целеполагания и самоуверенности определяются и устраняются в продромальном периоде для уменьшения вероятности начала маниакальной фазы10.

 

В заключение необходимо отметить, что когнитивные стили амбициозной целеустремленности связаны с высокой предрасположенностью к началу и рецидиву аффективных эпизодов у лиц с РБС. Следовательно, эти стили могут быть хорошей мишенью для профилактических и терапевтических мероприятий для лиц с РБС.

 

Перевод на русский язык организован Советом молодых ученых Российского общества психиатров при поддержке Всемирной психиатрической ассоциации. 

 

Перевод: Шишорин Р.М. (Москва)

 

Редактура: к.м.н. Федотов И.А. (Рязань)

 

Главная статья: Lauren B. Alloy et al. Reward‐related cognitive vulnerability to bipolar spectrum disorders. . 2018 Feb; 17(1): 102–103.

 

Источники:

  1. Alloy LB, Abramson LY, Walshaw PD et al. J Abnorm Psychol 2009;118: 459-71.
  2. Johnson SL, Carver CS, Gotlib IH. J Abnorm Psychol 2012;121:602-9.
  3. Alloy LB, Nusslock R, Boland EM. Annu Rev Clin Psychol 2015;11:213-50.
  4. Nusslock R, Alloy LB. J Affect Disord 2017;216:3-16.
  5. Alloy LB, Bender RE, Whitehouse WG et al. J Abnorm Psychol 2012;121: 399-51.
  6. Murray G, Johnson SL. Clin Psychol Rev 2010;30:721-32.
  7. Stange JP, Shapero BG, Jager-Hyman SG et al. Cogn Ther Res 2013;37: 139-49.
  8. Stange JP, Molz AR, Black CL et al. Behav Res Ther 2012;50:231-9.
  9. Francis-Raniere EL, Alloy LB, Abramson LY. Bipolar Disord 2006;8:382-99.
  10. Nusslock R, Abramson LY, Harmon-Jones E et al. Clin Psychol Sci Pract 2009;16:449-69.