Генетика депрессии: фенотипический парадокс

 

Депрессия имеет полигенную природу, а её наследуемость, по данным близнецовых исследований, составляет 37%. В новом исследовании, опубликованном в Nature Communications, проводился полногеномный поиск ассоциаций (GWAS, англ. Genome-Wide Association Studies) среди 322580 участников Биобанка Великобритании. В результате анализа было обнаружено 17 локусов, связанных с развитием депрессивных состояний. Однако в данной работе также был сделан очень важный вывод, который точно отразится на методологии будущих генетических исследований: с точки зрения генетики нет разницы как набираются участники исследования – или врачами с помощью критериев международной классификации болезней (МКБ), или с помощью опроса (обычно, из одного вопроса), где  пациенты сами сообщают о наличии у них депрессии.

 

Получается, психиатры со всеми своими феноменологическими классификациями уже не нужны? Или же гетерогенность и перекрытие психических расстройств настолько велико, что современные генетические методики пока ещё неспособны проанализировать полученные данные?

 

Предыдущие GWAS-исследования определяли фенотип депрессии с помощью разных способов: от сообщения самим пациентом о наличии в его жизни периода пониженного настроения до установления клинического диагноза депрессивного расстройства врачом согласно критериям МКБ. Определение различных фенотипов депрессии редко доступны в рамках крупных исследований, однако Биобанк Великобритаии является заметным исключением.

 

Read More

Хронические инфекции мешают лечению депрессии

 

Группа исследователей из Тайваня обнаружила связь между повторяющимися инфекционным заболеваниями и риском депрессии. В центре внимания ученых были легкие инфекции. Связь тяжелых инфекционных заболеваний и длительного воспалительного процесса с депрессией давно интересует ученых. Большое исследование, охватившее все население страны, стало первой попыткой определить связь легких инфекций и депрессии.

 

Результаты масштабного исследования опубликованы в “Journal of Clinical Psychiatry”. Ранее сообщение об этом исследовании публиковалось в “International Journal of Neuropsychopharmacology”.

 

Read More

Антидепрессанты и риск самоубийства

 

В последние годы мы стали свидетелями непрекращающихся споров об использовании антидепрессантов. С одной стороны, лечение депрессии антидепрессантами приводит к снижению риска суицида на эпидемиологическом уровне1. Это согласуется с высоким популяционным риском возникновения суицидальных идей и попыток суицида у людей с расстройствами настроения, который оценивается в 51 % и 44 % соответственно2, и с исследованиями истории депрессивных эпизодов при завершенных суицидах (приблизительно 60 %). С другой стороны, вероятное появление или увеличение риска самоубийства в начале лечения, по крайней мере среди молодых пациентов, побудило регулирующие органы опубликовать специальные предупреждения. Как следствие этих предупреждений, количество назначений антидепрессантов сократилось, в том числе среди взрослых пациентов, и стали поощряться исследования суицидального эффекта антидепрессантов. Возникла острая необходимость разобраться с сомнениями в пользе антидепрессантов при лечении пациентов, у которых уже есть или, возможно, могут возникнуть суицидальные идеи.

 

Read More

Психофармакологический кальвинизм

 

Нечасто в психиатрическом дискурсе встретишь богословский термин. Один из таких редких случаев – выражение “фармакологический кальвинизм”, использованное американским психиатром Джеральдом Клерманом в небольшой статье “Психотропный гедонизм и фармакологический кальвинизм”. Статья была опубликована в 1972 г., и в начале 2018 г. Google scholar находит 91 цитирование этого текста.

 

Слово “кальвинизм” употреблено автором статьи совершенно не к месту. То, что он описывает, называется по-другому, кальвинизм здесь не при чем, но об этом позже. Для начала несколько слов о контексте, в котором родился термин.

 

На тот момент (кон. 1960 гг. – нач. 1970 гг.) в США главной точкой прибыли фармкомпаний стали психотропные препараты. Самая большая доля на этом рынке принадлежала “малым транквилизаторам”, т. е. средствам против тревожности. Новые препараты стали культурным феноменом, привлекшим внимание людей, не связанных напрямую с психиатрией. Характер действия транквилизаторов некоторым показался небезупречным с этической точки зрения. В профессиональном кругу и за его пределами высказывалось мнение о том, что широкое применение транквилизаторов говорит о моральном кризисе общества.

Read More

Постинсультные депрессии при поражении лобной доли

 

По данным всемирной организации здравоохранения ежегодно у 15 миллионов людей по всему миру случается инсульт. Развитие постинсультной депрессии является частым (30-60%) осложнением инсульта, которое серьезно ограничивает реабилитацию больных и ухудшает прогноз пациентов в будущем. В настоящее время точный механизм развития постинсультной депрессии не ясен, и его понимание – ключ для разработки точечной и эффективной терапии.

 

Read More

Вторичная негативная симптоматика

 

Негативные симптомы при шизофрении могут быть классифицированы на первичные и вторичные. Считается, что первичные негативные симптомы присущи только шизофрении, в то время как вторичные негативные симптомы могут быть вызваны позитивными симптомами (галлюцинации, бред у др.), депрессией, побочными эффектами лекарственных средств, социальной депривацией, а также злоупотреблением психоактивными веществами (ПАВ). Большинство исследований вторичных негативных симптомов было направлено на их устранение с целью выделения первичных негативных симптомов. Однако вторичные негативные симптомы являются более распространёнными, а также оказывают значительное влияние на исходы заболевания. В связи с чем, их диагностика и лечение является значимым моментом в клинической практике.

 

Read More

Депрессия и шизофрения: причина, следствие или трансдиагностическая проблема?

 

Наличие депрессии при шизофрении было настоящей проблемой для Крепелиновской дихотомии, пытающейся сохранить фундаментальные различия  и уточнить такие диагнозы, как шизоаффективное расстройство. Исторически сложилось мнение, что наличие аффективных расстройств при шизофрении является хорошим прогностическим признаком. Считалось, что пациенты с выраженными аффективными симптомами располагаются ближе к «биполярному», нежели «дефицитарно/аутистическому», концу континуальной модели психоза. Однако современные данные свидетельствуют о том, что депрессия ассоциирована с более плохим исходом шизофрении. Так, например, депрессия является более значимым фактором совершения суицида при шизофрении, чем императивные галлюцинации. Более того, лица с шизофренией и сопутствующей депрессией имеют более высокий риск рецидива и зависимости от наркотических веществ, а также более низкий уровень удовлетворённости жизнью, приверженности к лекарствам и умственной активности.

 

Read More

Генетические маркёры резистентной депрессии

 

Нейротрофическая гипотеза депрессии свидетельствует об ассоциации между эффектами нейропластичности и клиническим ответом на терапию антидепрессантами. В новой работе, проведённой Breitfeld J. и коллегами, изучалась индивидуальная вариабильность эффекта антидепрессивной терапии на пролиферацию клеток лимфобластоидной линии у 25 терапевтически-резистентных пациентов в сравнении с 25 пациентами, которые отреагировали на первую линию терапии антидепрессантами, из исследования STAR*D.

Read More

ГГН-ось и депрессия: кортизол (Часть II)

 

Глюкокортикоиды, выделяющиеся под действием адренокортикотропного гормона (АКТГ) в ответ на активацию ГГН-оси, оказывают значительное влияние на головной мозг. В норме, помимо периферического действия глюкокортикоидов на метаболизм и иммунитет организма, они обладают центральными эффектами: регулирование выживаемости нейронов, нейрогенез, влияние на размер гиппокампа, формирование новых воспоминаний и эмоциональной оценки событий, являясь ключевым звеном между стрессом и функционированием мозга.

 

Read More

ГГН-ось и депрессия: кортикотропин-рилизинг гормон (Часть I)

 

О положительном дексаметазоновом тесте у пациентов с меланхолической депрессией, свидетельствующем о гиперактивации гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси (ГГН-оси), известно ещё со студенческой скамьи. Более того, гиперактивация ГГН-оси является мощным биологическим коррелятом депрессии наряду с дисфункцией моноаминовых нейромедиаторных систем и считается одним из основных звеньев её патогенеза. Однако за последние несколько десятилетий знания учёных о том, как функционирует ГГН-ось значительно расширились. Теперь стало понятно, что помимо функционирования гипоталамуса, гипофиза и надпочечников, занимающих одно из центральных мест в патогенезе депрессии, в патологический процесс вовлечено куда большее количество областей головного мозга и его нейромедиаторных, а также нейропептидных систем. Такое «расширение» теории гиперактивации ГГН-оси при депрессии позволяет по-новому взглянуть на механизмы развития данного расстройства, а также найти новые специфические мишени  для лекарственной терапии. Также стоит отметить, что гиперактивация ГГН-оси встречается только у 70% пациентов с данным расстройством, и не характерна для таких типов депрессии, как климактерическая, атипичная или сезонная, для которых свойственно, наоборот, уменьшение активности ГГН-оси.

 

Read More