В JAMA Psychiatry опубликовано поперечное исследование, посвящённое использованию агонистов рецептора глюкагоноподобного пептида-1 у людей с расстройствами пищевого поведения. К этому классу относятся препараты, применяемые при сахарном диабете и снижении массы тела, включая семаглутид, тирзепатид, дулаглутид, лираглутид и эксенатид.
В выборку вошли 436 взрослых участников с расстройствами пищевого поведения в США. Почти треть из них сообщила, что когда-либо использовала препараты этого класса, а примерно каждый пятый – что использует их в настоящее время. Ненадлежащее использование отмечалось у каждого десятого участника. Почти такая же доля сообщила об использовании компаундированных продуктов, качество и контроль которых могут отличаться от коммерчески зарегистрированных препаратов.
Клинический смысл работы состоит в том, что препараты, подавляющие аппетит и способствующие снижению веса, могут встраиваться в патологическую логику расстройства пищевого поведения. У части пациентов они могут использоваться для усиления ограничительного поведения, ускорения потери веса и поддержания расстройственной психопатологии.
Почему это важно
Агонисты рецептора ГПП-1 быстро стали одной из самых обсуждаемых групп препаратов в современной медицине. Их эффективность при ожирении и сахарном диабете изменила подход к фармакологическому контролю массы тела и метаболического риска. Одновременно расширение рынка создало новую клиническую зону риска: препараты с выраженным влиянием на аппетит стали доступны пациентам, у которых снижение веса и ограничение питания уже могут быть частью психопатологии.
Расстройства пищевого поведения часто сопровождаются амбивалентным отношением к лечению, страхом набора веса, скрытым ограничением питания, компенсаторным поведением и стремлением удерживать контроль над телом. В такой ситуации препарат, уменьшающий аппетит, может восприниматься пациентом как средство усиления симптомов, даже если формально он назначен по метаболическим показаниям.
Эта работа не ставит вопрос о полном запрете агонистов рецептора ГПП-1 у всех людей с текущим или перенесённым расстройством пищевого поведения. Её практический вывод точнее: назначение таких препаратов требует скрининга расстройств пищевого поведения, оценки мотивов использования, мониторинга ограничительного поведения и осторожного наблюдения за изменением отношения к еде, весу и телу.
Что изучали
Исследование было промежуточным анализом продолжающегося поперечного проекта, в который с марта 2025 года включали людей с расстройствами пищевого поведения. Анализ проводился с декабря 2025 по январь 2026 года. Участников набирали через сеть федерально финансируемых исследований, не связанных с использованием агонистов рецептора ГПП-1, через национальные организации и целевой онлайн-рекрутинг.
В исследование вошли 436 человек. Средний возраст составил 34 года, 94% участников были женщинами. Распределение диагнозов было клинически неоднородным: 27,2% имели нервную анорексию, 18% – компульсивное переедание, 11,7% – атипичную нервную анорексию, 6,8% – нервную булимию. Другие расстройства питания и приёма пищи, включая избегающее или ограничительное расстройство приёма пищи, составили ещё 18,3% выборки; 18% участников были отнесены к категории ремиссии.
Участников спрашивали об использовании препаратов класса агонистов рецептора ГПП-1 в течение жизни и в настоящее время. Отдельно оценивалось ненадлежащее использование: превышение назначенной дозы, более быстрое повышение дозировки по сравнению с рекомендациями, продолжение лечения за пределами назначенного периода, вмешательство в устройство для инъекций или передача препарата людям без назначения.
Основные результаты
Всего 140 участников, или 32,1% выборки, сообщили, что когда-либо использовали агонисты рецептора ГПП-1. Текущее использование отметили 96 человек, что соответствует 22,0% выборки.
Ненадлежащее использование препаратов этого класса отмечалось у 10,1% участников. Использование компаундированных продуктов указали 9,9%. Эти формы особенно важны с точки зрения безопасности, поскольку они могут распространяться вне стандартного лекарственного контроля, через телемедицинские компании или нерегулируемые каналы.
Частота использования в этой целевой выборке была выше, чем ориентировочная распространённость использования агонистов рецептора ГПП-1 в общей взрослой популяции США. Это не означает, что все случаи использования были патологическими или ненадлежащими: часть участников могла получать препараты по медицинским показаниям, связанным с сахарным диабетом или снижением массы тела. Однако сама распространённость использования среди людей с расстройствами пищевого поведения требует отдельного клинического внимания.
Почему препараты ГПП-1 могут быть проблемой при расстройствах пищевого поведения
Агонисты рецептора ГПП-1 уменьшают аппетит, замедляют опорожнение желудка и способствуют более раннему и длительному ощущению насыщения. Эти эффекты терапевтически полезны при определённых метаболических состояниях, но при расстройствах пищевого поведения они могут усиливать ограничительное поведение.
Для пациента с нервной анорексией или атипичной нервной анорексией снижение аппетита может облегчать дальнейшее ограничение питания. При нервной булимии или компульсивном переедании препарат может восприниматься как способ контроля, который усиливает циклы запрета, страха перед едой и компенсаторного поведения. У людей с избегающе-ограничительным расстройством приёма пищи подавление аппетита и желудочно-кишечные побочные эффекты могут дополнительно уменьшать пищевое разнообразие и объём питания.
Дополнительный риск связан с тошнотой, ранним насыщением и снижением интереса к еде. Для большинства пациентов эти эффекты рассматриваются как побочные или ожидаемые фармакологические проявления. У человека с активной расстройственной психопатологией они могут субъективно закрепляться как желательное состояние и использоваться для поддержания болезни.
Что это меняет для клинической практики
Перед назначением агонистов рецептора ГПП-1 важно оценивать не только индекс массы тела, гликемический профиль и кардиометаболические риски, но и историю отношений пациента с едой, весом и телом. В клинической беседе нужно уточнять эпизоды ограничительного питания, переедания, рвоты, злоупотребления слабительными или диуретиками, чрезмерной физической нагрузки, выраженного страха набора веса и прошлые диагнозы расстройств пищевого поведения.
Особое значение имеет вопрос мотивации. Один и тот же препарат может использоваться пациентом в разных логиках: для лечения сахарного диабета, снижения метаболического риска, контроля массы тела или усиления симптомов расстройства пищевого поведения. Поэтому важно обсуждать, чего пациент ожидает от терапии, как он будет реагировать на снижение аппетита, какие пищевые ограничения уже есть и как изменится поведение при потере веса.
Во время лечения мониторинг должен включать не только массу тела, гликемию и желудочно-кишечные побочные эффекты. Необходимо отслеживать усиление пищевых ограничений, рост страха перед едой, увеличение времени без пищи, снижение гибкости питания, возвращение компенсаторного поведения, ухудшение образа тела и использование препарата вне назначенной схемы.
Значение для психиатров и специалистов по расстройствам пищевого поведения
Для специалистов по расстройствам пищевого поведения эта работа показывает новую форму фармакологического риска. Раньше клиническое внимание чаще концентрировалось на слабительных, диуретиках, стимуляторах, тиреоидных гормонах и других средствах контроля веса. Расширение использования агонистов рецептора ГПП-1 добавляет к этому списку препараты, которые могут назначаться легально и по медицинским показаниям, но при этом взаимодействовать с центральными механизмами расстройственного поведения.
Для психиатра важно прямо спрашивать о таких препаратах. Пациент может не считать их психиатрически значимыми и не сообщить о них, если вопрос сформулирован только как «какие психотропные препараты вы принимаете?». В клиническом опросе уместно отдельно уточнять препараты для снижения веса, контроля аппетита, сахарного диабета, инъекционные препараты и средства, полученные через онлайн-сервисы.
Для врачей, назначающих агонисты рецептора ГПП-1, важен обратный вывод: наличие избыточной массы тела или метаболического риска не исключает расстройство пищевого поведения. Приступообразное переедание, булимия, атипичная анорексия и другие формы нарушенного пищевого поведения могут сочетаться с разными весовыми категориями. Поэтому скрининг должен ориентироваться на поведение и психопатологию, а не только на внешний вид или массу тела.
Ограничения
Исследование имеет важные ограничения. Это промежуточный анализ продолжающегося поперечного исследования, выполненного в целевой выборке людей с расстройствами пищевого поведения. Такая выборка не является репрезентативной для всей популяции людей с расстройствами пищевого поведения и тем более для всех пользователей агонистов рецептора ГПП-1.
Дизайн исследования не позволяет установить причинно-следственные связи. Нельзя определить, начинали ли пациенты использовать препараты из-за уже существующей расстройственной психопатологии, способствовали ли препараты усилению симптомов или обе ситуации встречались параллельно. Данные основаны на самоотчёте, что также требует осторожности при интерпретации.
Ещё одно ограничение связано с тем, что исследование оценивало использование в контексте основных медицинских показаний, включая диабет и контроль массы тела. В реальной практике могут существовать дополнительные формы доступа, off-label использование и нерегулируемые каналы получения препаратов, которые требуют отдельного изучения.
Почему это важно
Расширение рынка агонистов рецептора ГПП-1 меняет клинический ландшафт расстройств пищевого поведения. Препараты, способные быстро снижать аппетит и массу тела, могут быть полезны при правильно выбранных показаниях, но у уязвимых пациентов те же эффекты способны поддерживать ограничение питания, страх набора веса и патологический контроль над телом.
Перед назначением препаратов этого класса следует оценивать расстройства пищевого поведения в настоящем и анамнезе, а при их наличии – обсуждать лечение совместно со специалистами по этой группе расстройств. Во время терапии нужно отслеживать не только метаболические показатели, но и изменения пищевого поведения, мотивации, отношения к телу и признаков ненадлежащего использования.
Эта работа важна не потому, что закрывает вопрос безопасности агонистов рецептора ГПП-1 при расстройствах пищевого поведения. Она впервые даёт количественный сигнал о масштабе проблемы и показывает, что клиническая практика должна успевать за быстрым распространением препаратов, меняющих аппетит, вес и поведение вокруг еды.
Перевод: Жоров Е. Н.
Источник: Peiper NC, Zibbell JE, LaJoie AS, Wahlang B, Krishnasamy SS, Levinson CA. Use and Misuse of GLP-1 Receptor Agonists Among People With Eating Disorders. JAMA Psychiatry. Published online June 24, 2026. doi:10.1001/jamapsychiatry.2026.1716.