В последние годы психиатрия все чаще сталкивается с клиническими ситуациями, в которых привычные диагностические рамки оказываются недостаточными. Острые и подострые психотические состояния, сопровождающиеся атипичными симптомами, быстрым ухудшением состояния и слабым ответом на стандартную терапию, заставляют вновь обсуждать роль иммунных механизмов в происхождении психических расстройств. На этом фоне аутоиммунный психоз становится одной из наиболее дискуссионных и одновременно клинически значимых тем на стыке психиатрии и неврологии.

Интерес к этой проблеме резко возрос после открытия аутоиммунных энцефалитов с психотическим фенотипом, прежде всего форм, связанных с антителами к нейрональным рецепторам. Стало очевидно, что иммунные процессы способны вызывать не только классические неврологические синдромы, но и клинические картины, практически неотличимые от первичных психотических расстройств. При этом четкие границы между аутоиммунным энцефалитом и аутоиммунным психозом остаются размытыми, а существующие диагностические критерии нередко подвергаются критике за недостаточную специфичность и риск гипердиагностики.

Read More

В журнале European Neuropsychopharmacology опубликовано крупное национальное когортное исследование под руководством Adam F. Kemp, посвящённое долгосрочному риску расстройств шизофренического спектра у людей с расстройствами пищевого поведения. Работа основана на данных датских национальных регистров и охватывает более двадцати тысяч пациентов с расстройствами пищевого поведения и почти восемьдесят тысяч лиц контрольной группы, прослеженных в среднем более десяти лет, что делает её одной из наиболее масштабных и методологически строгих попыток системно оценить связь между этими клиническими феноменами.

Расстройства пищевого поведения и расстройства шизофренического спектра традиционно рассматриваются как клинически разные нозологические области, но всё больше данных указывает на пересечения по факторам риска и психопатологии. Авторы подчёркивают, что оба класса заболеваний часто дебютируют рано: расстройства пищевого поведения преимущественно в подростковом возрасте, а расстройства шизофренического спектра – в позднем подростковом возрасте и у молодых взрослых. Кроме того, имеется и клиническое перекрытие симптомов, включая нарушения телесного опыта: при нервной анорексии искажённое восприятие тела иногда приобретает черты, напоминающие бредовую убеждённость, а при психозе идеи отравления и нарушения самовосприятия могут сопровождаться выраженными пищевыми ограничениями и атипичными пищевыми паттернами. На этом фоне ключевой практический вопрос состоит не в том, встречаются ли эти состояния вместе, а в том, насколько устойчиво и долго сохраняется повышенный риск психотического спектра после постановки диагноза расстройства пищевого поведения, и одинаков ли он для разных подтипов.

Read More

В конце декабря 2025 года в журнале Psychological Medicine (онлайн-публикация Cambridge University Press) вышла работа, посвящённая одному из самых «упрямых» симптомов депрессии – ангедонии, то есть снижению способности получать удовольствие и вовлекаться в потенциально приятные занятия. В клинической практике ангедония нередко становится причиной затяжного течения большого депрессивного расстройства, функционального неблагополучия и недостаточной эффективности стандартной фармакотерапии. При этом сама ангедония неоднородна: у одних пациентов в первую очередь «гаснут» эмоции от сенсорных впечатлений, у других – интерес к еде, социальным контактам или хобби. Авторы поставили задачу уточнить, какие именно «аспекты» ангедонии связаны с различиями в ответе на разные фармакологические стратегии.

Read More

2025 год в клинической психиатрии прошёл под знаком трезвого переосмысления: исследовательская повестка сместилась от поиска универсальных решений к проверке устойчивости уже известных подходов, их трансдиагностической эффективности и метаболической безопасности. Сквозная тема года – попытка уточнить, где именно проходят границы эффективности современной психофармакотерапии и какие направления требуют переориентации на биологические и клинико-функциональные механизмы.

Уже в январском дайджесте акцент был на сравнительной эффективности и дозовой точности (частичные агонисты дофамина при резистентной депрессии, аугментация при посттравматическом стрессовом расстройстве) при одновременном усилении фокуса на рисках и побочных эффектах (тератогенность вальпроевой кислоты, сигналы фармаконадзора). Февральский выпуск добавил данные «реального мира» и популяционные риски: литий как наиболее стабильная опора поддерживающей терапии биполярной депрессии, осторожность к монотерапии антидепрессантами и антипсихотиками, а также внимание к ранним кардиометаболическим последствиям и переносимости. Мартовский дайджест подчеркнул две линии года — ускорение вмешательств (ускоренная стимуляция тета-вспышками при резистентной депрессии) и рост методологической строгости в интерпретации данных (пересчёт лития к 12-часовому уровню, вклад антихолинергической нагрузки в когнитивные нарушения при психозах, сигналы риска суицидальности/агрессии у уязвимых групп на антидепрессантах).

Весенние публикации (апрель–май, июнь) задали тон дискуссии. Исследования по длительно действующим инъекционным антипсихотикам показали умеренные, но воспроизводимые преимущества в снижении риска рецидива после первого психотического эпизода, особенно у пациентов с низкой приверженностью. Одновременно усилилось внимание к побочным эффектам антипсихотиков – в частности, к индуцированной дистонии, возникающей не только при нейролептической терапии, но и при применении антидепрессантов, противоэпилептических и противорвотных средств. Эти данные подчеркнули важность межклассового мониторинга двигательных нарушений.

Read More

Ультракороткая импульсная ЭСТ при депрессии

В журнале Molecular Psychiatry опубликован систематический обзор и метаанализ, посвящённый эффективности ультракороткой импульсной электросудорожной терапии (ultrabrief-pulse ECT) при депрессивных эпизодах. Оценивалась преимущественно правосторонняя высокодозная ЭСТ с ультракороткой длительностью импульса (<0,5 мс). 

Совокупная частота ремиссии после ультракороткой ЭСТ составила около 32%, а клинический ответ — порядка 45%. В значительной доле случаев (до ~28%) требовался переход на стандартную ЭСТ с более длинным импульсом из-за недостаточного эффекта. При последующем наблюдении отмечалась высокая частота рецидивов или прекращения поддерживающей терапии в течение первых 6 месяцев после достижения ремиссии.

Read More

В Cambridge University Press была опубликована работа P. Seif и соавторов, посвящённая вопросу, который в клинике обычно считают «техническим», но на практике он определяет и точность диагностики, и безопасность ведения пациента: совпадает ли взгляд пациента с психозом на собственные симптомы с тем, как эти же симптомы оценивает врач.

В клинических исследованиях и в рутинной практике «золотым стандартом» долго считались шкалы, которые заполняет специалист. Однако субъективный опыт пациента – это отдельный источник информации, который может ускользать при структурированном интервью, особенно если речь идёт о переживаниях, связанных со стыдом, страхом последствий или с трудностями в формулировке жалоб. Поэтому сопоставление самоотчётов и клинических оценок становится не просто методологическим упражнением, а способом понять, где система выявления симптомов даёт сбой.

Read More

В настоящее время существует множество исследований, подтверждающих связь между вечерним хронотипом – склонностью к активности в вечерние часы, и риском развития расстройств настроения. Известно также, что хронобиологические методы лечения, направленные на коррекцию циркадианных ритмов, могут быть весьма эффективными при терапии данных расстройств.

Циркадианные часы эволюционно сформировались как система для отслеживания времени, прошедшего в течение суточного вращения Земли. Без подобного механизма организмы не смогли бы предсказывать рассвет, устанавливать регулярные периоды бодрствования и сна и эффективно регулировать метаболические процессы. У человека сохранена эволюционная преемственность этой древней системы отсчета времени, причём каждый орган и практически каждая клетка организма синхронизированы с суточным циклом. Это обеспечивает максимальную выработку энергии в периоды активности и её экономию, а также восстановление и репарацию клеточных функций в периоды покоя.

Read More

У людей с тяжелыми психическими заболеваниями прием антидепрессантов и антипсихотиков часто приводит к увеличению веса, что может в дальнейшем способствовать развитию сердечно-сосудистых заболеваний. Авторы обзора, опубликованного в 2024 г. в Expert Opinion on Drug Safety, изучили метаанализы и когортные исследования, посвященные факторам риска, стратегиям профилактики и коррекции увеличения веса, связанного с приемом антидепрессантов/антипсихотиков. Недавно одобренные для использования в США антидепрессанты (например, эскетамин, брексанолон, зуранолон, AXS-05) исключались, поскольку они еще не получили широкого распространения и на данный момент собрано мало данных об их применении.

Данные были обобщены отдельно в трех разделах: факторы риска, профилактика и коррекция набора веса. В каждом разделе отдельно рассматривалось применение антидепрессантов и антипсихотиков при лечении подростков и взрослых. В результате были предложены 10 клинических рекомендаций.

Read More

В The Lancet вышел систематический анализ в рамках Глобального исследования бремени болезней, охвативший 204 страны и территории и период 1990–2023. Исследователи сопоставили распространённость интимного партнёрского насилия в отношении женщин и сексуального насилия над детьми с их вкладом в глобальную потерю здоровья и показали, что в 2023 году эти формы насилия соответствовали сотням миллионов пострадавших и десяткам миллионов лет жизни, скорректированных по инвалидности. Особо подчёркнуто, что для женщин 15–49 лет эти факторы входят в число ведущих причин потери здоровья, а основная «масса» последствий приходится не только на травмы и смертность, но прежде всего на психические расстройства и самоповреждения, то есть на долговременные исходы, которые чаще остаются за пределами публичной статистики.

Методологически работа опиралась на систематический сбор данных из крупных глобальных источников и на унификацию измерений, чтобы уменьшить влияние различий в инструментах и процедурах опросов. Интимное партнёрское насилие определялось как пожизненный опыт хотя бы одного эпизода физического или сексуального насилия со стороны текущего или бывшего партнёра после 15 лет у женщин. Сексуальное насилие над детьми определялось как нежелательный сексуальный контакт до 18 лет, ретроспективно сообщаемый людьми в возрасте 15 лет и старше; в этой итерации исследования возрастной порог был расширен с 15 до 18 лет для согласования с международными классификациями насилия над детьми.

Read More