---

Майкл Халасса в Substack анализирует предварительные результаты исследования второй фазы препарата ML-007C-MA при обострении шизофрении. Это второй препарат с сочетанным воздействием на мускариновые рецепторы M1 и M4, который продемонстрировал антипсихотический эффект и отдельный сигнал улучшения когнитивных функций. Ранее сходные результаты были получены для ксаномелина в сочетании с троспием, известного как KarXT и зарегистрированного в США под торговым названием Cobenfy.

---

 

В исследование ZEPHYR вошли 307 взрослых с острым обострением шизофрении. Участников распределили в группы плацебо, приёма 210/3 миллиграмма ML-007C-MA два раза в сутки и приёма 330/6 миллиграмма один раз в сутки. Лечение продолжалось пять недель.

 

Read More

---

В журнале Biological Psychiatry опубликован обзор фокусированной ультразвуковой абляции при психических расстройствах. Этот метод позволяет без трепанации черепа точно нагревать и разрушать небольшой участок проводящих путей мозга под контролем магнитно-резонансной томографии. Наиболее обнадёживающие результаты получены при тяжёлом обсессивно-компульсивном расстройстве, при котором улучшение может постепенно нарастать в течение месяцев и сохраняться годами. При депрессии эффект оказался слабее и менее устойчивым, а небольшое число исследований пока не позволяет окончательно оценить эффективность и редкие осложнения метода.

---

 

Среди абляционных технологий (методов лечебной деструкции дисфункциональных сетей в мозге) в последнее время все больше внимания привлекает высокоинтенсивный фокусированный ультразвук (HIFU). Данный метод уникален тем, что сочетает бесконтактное воздействие с магнитно-резонансной термометрией для мониторинга, что позволяет поэтапно создавать очаг деструкции с точным тепловым и анатомическим контролем, избегая традиционных рисков нейрохирургического вмешательства.

 

Доказательная база для абляционной психиатрической нейрохирургии состоит в основном из обсервационных исследований. Существует только одно рандомизированное, двойное слепое, контролируемое исследование капсулотомии гамма-ножом при ОКР.

 

Долгосрочность эффекта является основным преимуществом абляции по сравнению с нехирургической нейромодуляцией. Абляционные методы не требуют регулярного использования специального оборудования и программной инфраструктуры и могут быть экономически выгодными за счет снижения хирургических осложнений и затрат на госпитализацию.

 

Read More

Семаглутид обеспечивает наиболее выраженное снижение массы тела при антипсихотической терапии

 

В JAMA Psychiatry опубликован систематический обзор и сетевой метаанализ, где сравнили лекарственные вмешательства для снижения массы тела у пациентов с расстройствами шизофренического спектра, получающих антипсихотики.

 

В анализ включили 95 рандомизированных исследований с участием 5898 пациентов и 39 фармакологических вмешательств. Наибольшее снижение массы тела по сравнению с плацебо было связано с семаглутидом, лираглутидом, топираматом, метформином и эксенатидом. Наиболее выраженный эффект показал семаглутид: среднее снижение массы тела составило около 11 кг; для лираглутида – около 5,4 кг, для топирамата и метформина – около 4 кг. 

 

Клинически значимое снижение массы тела не менее чем на 5% отмечалось для семаглутида и метформина. Для ряда препаратов также наблюдались благоприятные изменения других метаболических показателей. Существенных сигналов по повышению частоты желудочно-кишечных нежелательных явлений или досрочного прекращения лечения между вмешательствами авторы не выявили. 

 

Источник

 

---

Ускоренная ТМС не показала преимуществ в уменьшении суицидальных мыслей

 

В Journal of Affective Disorders опубликован систематический обзор и метаанализ, где оценивали эффективность, безопасность и приемлемость ускоренной транскраниальной магнитной стимуляции (аТМС) для снижения суицидальности при депрессивных расстройствах.

 

В обзор включили 13 исследований: 7 РКИ и 6 открытых исследований, всего 625 участников. В количественный метаанализ вошли 6 РКИ с 310 пациентами. Ускоренная ТМС не показала значимого преимущества перед sham-стимуляцией или стандартной ТМС по снижению суицидальных мыслей сразу после лечения или при последующем наблюдении. Также не выявлено значимого превосходства по депрессивной симптоматике.

 

По частоте ответа в отношении суицидальности отмечалась лишь статистически незначимая тенденция в пользу аТМС. Нежелательные явления в целом были легкими, но встречались чаще на фоне ускоренных протоколов; частота выбывания существенно не различалась.

 

Источник

 

---

Литий связан со снижением риска сердечно-сосудистых заболеваний при биполярном расстройстве

 

В Journal of Affective Disorders опубликовано продольное когортное исследование где оценивали связь между применением лития и риском впервые возникших сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с биполярным расстройством.

 

Авторы использовали базу Beijing Medical Claim Data for Employees за 2010-2017 годы. В анализ включили 2945 пациентов с впервые диагностированным биполярным расстройством; средний возраст составил 44,5 года, средняя длительность наблюдения – 3 года. Пациентов разделили на группы получавших и не получавших литий, а для контроля исходных различий применили взвешивание по обратной вероятности лечения.

 

Применение лития было связано с более низким риском сердечно-сосудистых заболеваний в целом: HR 0,38. Особенно выраженная ассоциация отмечалась для ишемической болезни сердца: HR 0,20. Для инсульта статистически значимой связи не выявили. В подгруппах снижение риска было наиболее заметным у пациентов старшего возраста, мужчин и людей с уже имеющимися сердечно-сосудистыми факторами риска.

 

Источник

 

---

Комбинация антидепрессанта и антипсихотика почти вдвое повышает вероятность улучшения при психотической депрессии

 

В Journal of Affective Disorders опубликован систематический обзор и парный метаанализ рандомизированных испытаний острой терапии психотической депрессии. В него вошли четыре исследования и пять сравнений. Сочетание антидепрессанта с антипсихотиком почти вдвое повышало вероятность клинического улучшения по сравнению с монотерапией: RR 1,93, 95% ДИ 1,53–2,43. Результат сохранялся при раздельной оценке ответа, RR 2,03, и ремиссии, RR 1,78. 

 

Доказательная база включала сочетания амитриптилина с перфеназином, сертралина с оланзапином, флуоксетина с оланзапином и венлафаксина с кветиапином. В отдельных испытаниях амитриптилин с перфеназином превосходил каждый из препаратов в монотерапии, сертралин с оланзапином превосходил монотерапию оланзапином, а венлафаксин с кветиапином был эффективнее венлафаксина. Для комбинации флуоксетина с оланзапином положительный результат был получен в одном из двух параллельных испытаний. При этом метаанализ оценивал общий эффект комбинированной терапии и не позволяет определить, какая конкретная комбинация оптимальна. 

 

Большинство данных получено в сравнительно старых и небольших исследованиях; информации о длительной терапии и сравнительной переносимости препаратов недостаточно. Результаты поддерживают применение антидепрессанта вместе с антипсихотиком как один из основных вариантов острой терапии психотической депрессии наряду с электросудорожной терапией. Конкретную пару следует выбирать с учётом возраста, предшествующего ответа, метаболического риска, седации, экстрапирамидных нарушений и лекарственных взаимодействий.

 

Источник 

 

---

Мемантин не улучшил результаты терапии острой мании

 

В BMC Psychiatry опубликовано рандомизированное двойное слепое плацебо-контролируемое испытание, где оценивали эффективность и безопасность мемантина как аугментации при остром маниакальном эпизоде у пациентов с биполярным расстройством I типа.

 

Все участники одновременно получали стандартную терапию литием и оланзапином. Мемантин титровали с 5 до 20 мг/сут, длительность лечения составила 6 недель.

 

Выраженность мании по шкале мании Янга (YMRS) существенно снижалась в обеих группах, однако различий между мемантином и плацебо не выявили ни на 2-й, ни на 4-й, ни на 6-й неделе.Общее клиническое впечатление по CGI также не различалось между группами. Мемантин не показал значимого влияния и на периферические воспалительные маркеры, включая уровень лейкоцитов, нейтрофилов, лимфоцитов и нейтрофильно-лимфоцитарное соотношение.

 

Все зарегистрированные нежелательные явления были легкими; умеренных или тяжелых событий не отмечено. Авторы делают вывод, что добавление мемантина к терапии литием и оланзапином не дает дополнительной симптоматической или биологической пользы при острой мании и не поддерживает его рутинное применение в этой ситуации. 

Источник 

 

---

КПТ лучше других психологических вмешательств изучена для уменьшения позитивных симптомов шизофрении

 

В журнале Focus опубликован систематический обзор и сетевой метаанализ, где сравнили психологические интервенции для уменьшения позитивных симптомов у взрослых пациентов с шизофренией и родственными расстройствами.

 

В анализ включили 53 рандомизированных исследования, 7 типов психологических вмешательств и 4068 участников. Все вмешательства рассматривались как дополнение к антипсихотической терапии. Основным исходом было изменение позитивных симптомов по валидированным шкалам.

 

Наиболее изученным подходом была когнитивно-поведенческая терапия (КПТ): 40 исследований. Она снижала позитивные симптомы сильнее, чем неактивный контроль, обычное лечение и поддерживающая терапия. Размер эффекта был небольшим или умеренным в зависимости от типа сравнения. При этом КПТ ассоциировалась с более высокой частотой выбывания по сравнению с обычным лечением.

 

Для других психологических вмешательств доказательная база была менее обширной. Авторы отмечают, что уверенность в оценках варьировала от умеренной до очень низкой, однако результаты в целом сохранялись в анализах чувствительности, включая поправки на исследовательскую приверженность и ослепление оценивающих. 

 

Источник 

 

---

Уровни лития выше 0,8 ммоль/л повышают риск нежелательных эффектов у пожилых пациентов

 

В Bipolar Disorders опубликован систематический обзор рабочей группы ISBD, посвященный безопасному и эффективному терапевтическому диапазону лития у пожилых пациентов с биполярным расстройством.

 

Авторы проанализировали исследования с 2017 года, где оценивали уровни лития в сыворотке у пациентов с биполярным расстройством в возрасте 60 лет и старше. 

 

Средние или медианные уровни лития в исследованиях находились в диапазоне 0,47-0,67 ммоль/л. Уровни 0,82-1,00 ммоль/л были связаны с повышенной частотой нежелательных эффектов или ранними признаками токсичности, а уровни 1,20–1,25 ммоль/л расценивались как явно токсические. Наиболее важными факторами риска токсичности были снижение функции почек, полипрагмазия, а также совместное применение диуретиков, ингибиторов АПФ и НПВС.

 

Источник

 

---

Антипсихотики повышают риск сахарного диабета 2-го типа у детей и подростков

 

В общенациональном регистровом исследовании проследили данные 89 991 жителя Нидерландов, начавшего приём антипсихотика в возрасте до 20 лет. Распространённость фармакологически леченного сахарного диабета 2-го типа была стабильной в течение пяти лет до начала терапии, затем увеличилась с 2,78 случая на 10 000 человек за год до назначения до 6,22 в год начала лечения и 14,58 через пять лет. Скорректированный дополнительный риск к пятому году составил 9,02 случая на 10 000 пациентов. Он был выше у девушек и подростков 13–19 лет, а повышение сохранялось даже у получивших антипсихотики только в течение первого года. 

 

Внутрииндивидуальный дизайн позволил учесть постоянные индивидуальные факторы риска, однако наблюдательное исследование не доказывает причинную связь. Сахарный диабет определяли по назначению неинсулиновых сахароснижающих препаратов, поэтому часть случаев могла остаться неучтённой; влияние отдельных антипсихотиков также не оценивалось. Практический вывод остаётся ясным: метаболический мониторинг у детей и подростков следует начинать вместе с антипсихотической терапией и продолжать после её завершения, особенно у девушек и подростков.

 

Источник

 

---

Транскраниальная стимуляция переменным током повысила частоту ответа при биполярной депрессии

 

В Molecular Psychiatry опубликовано рандомизированное двойное слепое sham-контролируемое испытание, где оценивали эффективность и безопасность транскраниальной стимуляции переменным током (tACS) как добавочной терапии при биполярной депрессии.

 

В исследование включили 60 пациентов, которых рандомизировали на активную 10-Гц tACS или sham-стимуляцию на фоне терапии литием 500 мг/сут. Стимуляцию проводили дважды в день в течение 2 недель: всего 20 сеансов по 20 минут, билатерально над дорсолатеральной префронтальной корой.

 

На 2-й неделе клинический ответ по HAMD-17 чаще отмечался в группе активной tACS, чем в группе sham-стимуляции: 46,7% против 20,0%. На 4-й неделе преимущество также сохранялось: 70,0% против 43,3%. Активная стимуляция дополнительно ассоциировалась с большим снижением тревоги и нарушений сна, без ухудшения когнитивных показателей.

 

Переносимость была сопоставима с sham-стимуляцией; наиболее частыми нежелательными явлениями были головная боль и головокружение. Авторы считают результаты предварительными: tACS может быть перспективной добавочной стратегией при биполярной депрессии, но требуются исследования с более надежными sham-процедурами, дизайном без применения лития и более длительным наблюдением.

 

Источник 

 

---

Транскраниальная импульсная стимуляция дала небольшой эффект при депрессии с неясной клинической значимостью

 

В JAMA Network Open опубликовано рандомизированное двойное слепое sham-контролируемое испытания, где оценивали транскраниальную импульсную стимуляцию левой дорсолатеральной префронтальной коры при большом депрессивном расстройстве.

 

В исследование включили 80 пациентов, рандомизированных 1:1 на активную или sham-стимуляцию. Участники получили 12 сеансов в течение 4 недель, по 1000 импульсов за сеанс. Основным исходом было изменение выраженности депрессии по MADRS после завершения курса.

 

Активная стимуляция показала статистически значимо большее снижение баллов MADRS по сравнению с sham-стимуляцие: средняя разница составила −4,19 балла. По HAMD-17 и PHQ-9 в обеих группах отмечалось улучшение, но различия между активной и sham-стимуляцией не достигли статистической значимости.

 

По данным функционально МРТ активная стимуляция усиливала функциональную связность между левой дорсолатеральной префронтальной корой и несколькими зонами, связанными с регуляцией настроения, включая орбитофронтальную, медиальную префронтальную и прегенуальную переднюю поясную кору. Лечение было безопасным и хорошо переносилось.

 

Источник

 

---

Материал приготовлен при поддержке психиатрической клиники “Доктор САН” в Санкт-Петербурге (doctorsan.ru) +7 821 407-18-00

 

Перевод: Черапкин Е. С.

 

Составитель: Касьянова Е. Д.

---

Униполярной манией называют течение расстройства, при котором у человека повторяются маниакальные или гипоманиакальные эпизоды, но на протяжении жизни не возникает депрессивных эпизодов. В новом исследовании такие пациенты отличались от людей с биполярным расстройством I типа более частым маниакальным и психотическим дебютом, более длительными эпизодами и большим числом госпитализаций. При этом суицидальные попытки встречались реже, а эмоциональное и социальное функционирование в период эутимии было несколько лучше. Полученные данные поддерживают представление об униполярной мании как о клинически значимом варианте течения, однако пока не позволяют считать её самостоятельным расстройством.

---

 

Биполярное расстройство I типа диагностируется после хотя бы одного маниакального эпизода. Наличие депрессии для постановки диагноза не требуется. Поэтому люди с повторными маниями, которые никогда не переживали депрессивного эпизода, формально относятся к той же диагностической категории, что и пациенты с чередованием мании и депрессии.

 

Read More

---

Исследование Tuzel, Kwak и Tang, опубликованное в журнале Economics & Human Biology, показало связь между жестоким обращением со стороны родителей и возникновением суицидальных мыслей у детей и подростков. После учета семейных, социальных и индивидуальных факторов вероятность сообщения о суицидальных мыслях у детей, подвергавшихся жестокому обращению, была выше на 5,6 процентного пункта. Наиболее выраженная связь наблюдалась при вербальном жестоком обращении, а особенно уязвимыми оказались девочки, подростки старшего возраста и дети из семей с низким доходом.

---

 

Суицидальные мысли не всегда приводят к попытке самоубийства, они могут указывать на выраженное эмоциональное неблагополучие и повышенный риск дальнейшего суицидального поведения. Оценить самостоятельный вклад жестокого обращения сложно поскольку оно часто сочетается с конфликтами в семье, разводом или смертью родителей, травлей, академическим давлением и недостатком поддержки. Каждый из этих факторов способен влиять на психическое состояние ребенка, поэтому обычное сравнение детей с опытом жестокого обращения и без него может завышать полученную связь.

 

Read More

---

Исследование Sijia Zhao et al., опубликованное в июне 2026 года в Journal of Neurology, Neurosurgery & Psychiatry, показало, что апатия, депрессия и ангедония часто встречаются одновременно, но сохраняют самостоятельные симптоматические профили. Анализ данных выявил пять отдельных измерений: депрессию, ангедонию, а также поведенческую, социальную и эмоциональную апатию. Алгоритм машинного обучения выделил 10 симптомов, различающих эти состояния с высокой точностью, а эмоциональная апатия оказалась связана со снижением аффективной эмпатии и чувствительности к интенсивности негативных эмоций.

---

 

Несмотря на внешнее сходство,  апатия, депрессия или ангедония отражают нарушения разных функций. При депрессии центральное место занимают сниженное настроение, печаль и чувство вины. Ангедония означает снижение способности получать удовольствие. Апатия связана преимущественно с уменьшением мотивации и целенаправленной активности. Человек может сохранять способность испытывать удовольствие, но не иметь побуждения начать действие, либо действовать, почти не получая удовольствия. Такое разграничение важно, поскольку лечение депрессии не всегда связана с апатией и ангедонией.

 

Read More

---

Крупнейшее на сегодняшний день рандомизированное исследование показало, что пациенты с сочетанием психоза и посттравматического стрессового расстройства могут безопасно получать психотерапию, непосредственно направленную на переработку травматического опыта. Интеграция травмафокусированной когнитивно-поведенческой терапии с когнитивно-поведенческой терапией психоза уменьшала симптомы ПТСР, диссоциации, паранойю, галлюцинации, депрессию и суицидальные мысли. Опасения, что обращение к травматическим воспоминаниям неизбежно усиливает психоз, в исследовании STAR не подтвердились.

---

 

У людей с психозом часто выявляется психологическая травма в анамнезе. Посттравматическое стрессовое расстройство встречается у них значительно чаще, чем в общей популяции, а травматические события нередко влияют на содержание бредовых идей и галлюцинаций. При сочетании психоза и травматического опыта заболевание может протекать тяжелее и хуже поддаваться лечению.

 

При этом многие психологи и психотерапевты избегают травмафокусированной терапии у пациентов с психотическими симптомами. Основное опасение состоит в том, что экспозиционные и другие техники, предполагающие непосредственное обращение к травматическим воспоминаниям, способны спровоцировать обострение психоза. Результаты отдельных исследований уже ставили это предположение под сомнение, однако доказательная база оставалась ограниченной и неоднородной.

 

В журнале The Lancet Psychiatry опубликованы результаты STAR, крупнейшего многоцентрового рандомизированного исследования травмафокусированной терапии у людей с сочетанием ПТСР и психоза. Авторы сравнили интегрированную травмафокусированную когнитивно-поведенческую терапию психоза с обычным лечением.

 

Read More

---

Психомоторное возбуждение требует быстрого и безопасного фармакологического вмешательства, однако выбор препарата в неотложной практике до сих пор остаётся неоднозначным. В систематическом обзоре и сетевом метаанализе индивидуальных данных 18 рандомизированных исследований с участием 3411 пациентов сравнили основные стратегии быстрой транквилизации. Наиболее выраженный эффект в первые 10–30 минут нут показали комбинации антипсихотика с бензодиазепином, особенно дроперидола с мидазоламом, тогда как монотерапия галоперидолом оказалась одной из наименее эффективных и чаще сопровождалась экстрапирамидными побочными эффектами. Результаты уточняют выбор терапии при умеренном и тяжёлом возбуждении и одновременно подчёркивают необходимость учитывать риск гипотензии, аритмий и респираторных осложнений.

---

 

Психомоторная ажитация – это часто встречающееся неотложное состояние, характеризующееся внутренним напряжением и чрезмерной двигательной активностью. В многочисленных исследованиях изучались различные методы быстрого успокоения при ажитации, однако единого мнения об оптимальном методе лечения так и не сложилось. Врачам приходится выбирать из множества антипсихотиков (например, арипипразол, дроперидол, галоперидол, оланзапин), бензодиазепинов (например, лоразепам, мидазолам), их комбинаций и других препаратов с учетом различных местных практик и различных рекомендаций. Такая неопределенность приводит к непоследовательному и неоптимальному лечению.

 

Чтобы устранить этот пробел, был проведен метаанализ исследований, опубликованных после 2002 г., в которых изучались эффективность и безопасность препаратов для быстрой транквилизации пациентов с психомоторным возбуждением.

 

Первичным критерием эффективности решили считать достижение спокойствия в течение 15-30 мин, как можно ближе к 20-й минуте после лечения. Вторичными исходами были дополнительная транквилизация (введение дополнительных доз или применение других лекарств), физические методы ограничения движений и побочные эффекты (например, респираторные, экстрапирамидные, кардиологические).

 

Было отобрано 18 РКИ (n=3411). 10 исследований проводились в условиях не-психиатрических клиник, 8 исследований – в психиатрических клиниках. Страны, в которых проводились исследования: Австралия, Бразилия, Канада, Гонконг, Индия, Иран, Ливан, США. Средний возраст пациентов – 36 лет, 58 % – мужчины, у 68 % пациентов – тяжелая форма ажитации. У 37 % ажитация развилась в связи с употреблением психоактивных веществ, у 65 % – в связи с психическими расстройствами.

 

14 использованных видов лечения сгруппированы следующим образом:

 

• монотерапия галоперидолом,
• монотерапия другим антипсихотиком (большинство данных собрано о дроперидоле, галоперидоле в сочетании с прометазином, и оланзапине),
• бензодиазепины (мидазолам и лоразепам),
• комбинации антипсихотических препаратов с бензодиазепинами (большинство данных собрано о комбинациях дроперидол-мидазолам и оланзапин-мидазолам),
• кетамин и вальпроевая кислота.

 

При ажитации средней тяжести все методы лечения были более эффективными, чем галоперидол, при этом наибольший эффект наблюдался при применении комбинации антипсихотик+бензодиазепин.

 

При тяжелой ажитации комбинация антипсихотик+бензодиазепин эффективнее галоперидола. Самое заметное преимущество в силе эффекта, по сравнению с галоперидолом, у комбинации дроперидол+мидазолам.

 

Что касается вторичных исходов, то комбинация антипсихотик+бензодиазепин более эффективна, чем галоперидол, для достижения седативного эффекта в течение 10 минут. В более длительной перспективе (45-240 мин) разницы между галоперидолом и другими видами лечения нет.

 

Монотерапия галоперидолом связана с более высокой вероятностью экстрапирамидных побочных эффектов по сравнению с другими методами лечения.

 

Бензодиазепины, как по отдельности, так и в комбинации, связаны с более высокой вероятностью развития артериальной гипотензии по сравнению с галоперидолом и другими антипсихотиками. 

 

Применение бензодиазепинов связано с более высокой вероятностью развития аритмии и респираторных побочных эффектов по сравнению с антипсихотиками.

 

Таким образом, из обзора и метаанализа следуют три главных вывода.

 

• Во-первых, галоперидол – один из наименее эффективных препаратов.

 

• Во-вторых, другие антипсихотики с более сильными седативными свойствами (например, те, чье действие обусловлено антагонизмом к α1-адренергическим и/или гистаминовым Н1-рецепторам) и бензодиазепины, действующие за счет усиления ГАМК, могут быть эффективнее галоперидола.

 

• В-третьих, комбинация антипсихотик+бензодиазепин, т. е. препаратов с синергическими механизмами действия – это один из наиболее эффективных видов лечения при средней и сильной ажитации.

 

Большинство участников (>90 %) успокаивались в течение 45-240 минут. Однако, поскольку данные часто собирались только после первого введения седативных препаратов, невозможно что-либо сказать о рецидиве ажитации, что может быть особенно актуальным при применении препаратов кратковременного действия, таких как мидазолам. В особенно тяжелых случаях может потребоваться более быстрое введение седативных препаратов из соображений безопасности; комбинация антипсихотик+бензодиазепин производит наилучший эффект в течение 10 минут.

 

Не было возможности провести сравнение между внутримышечным и внутривенным введением препаратов, поскольку в большинстве случаев лекарства вводились внутримышечно. В то же время большинство данных о комбинации антипсихотик+бензодиазепин были получены при внутривенном введении. Внутривенное введение обеспечивает скорейшее начало действия, более предсказуемую абсорбцию и более точный подбор дозы, по сравнению с внутримышечным введением, но неясно, влияет ли способ введения на эффект препарата. Внутривенное введение сопряжено с практическими трудностями, в том числе с временной задержкой из-за трудности доступа, а также с повышенным риском сердечно-сосудистых побочных действий и риском передозировки. Для внутривенного введения нужен подготовленный персонал и доступная реанимация. Во многих случаях, включая психиатрические учреждения, эти условия невыполнимы, поэтому  внутривенное введение не рекомендуется, если только пациент уже не получает препараты внутривенно.

 

Дозы в проанализированных исследованиях в основном были эквивалентны 5-10 мг галоперидола. Не наблюдалось четкого влияния дозы на эффективность, что согласуется с наблюдательными исследованиями, в которых сообщалось об отсутствии дополнительной пользы при повышении дозы (>10 мг). Причина ажитации, если она известна, может определять выбор лечения – антипсихотики для ажитации, связанной с психозом, и бензодиазепины для синдрома отмены алкоголя.

 

Следует также учитывать потенциальное взаимодействие между лекарственными механизмами и причинами возбуждения – например, ГАМК повышается как под воздействием алкоголя, так и под воздействием бензодиазепинов, что может привести к выработке толерантности и чрезмерной седации.

 

---

Перевод: Филиппов Д. С.

 

Источник: Siafis, Spyridon, et al. “Comparative effectiveness and safety of pharmacological treatments for rapid tranquilisation in emergency settings: a systematic review and individual participant data network meta-analysis.” The Lancet Psychiatry (2026).

---

Ангедония встречается у большинства пациентов с депрессивным расстройством и связана с более тяжёлым течением заболевания, функциональными нарушениями, суицидальностью и худшим ответом на лечение. При этом её оценка в клинической практике часто сводится к одному вопросу о потере интереса или удовольствия. В новом консенсусном обзоре, опубликованном в Psychiatry Research, группа экспертов предлагает рассматривать ангедонию как многокомпонентное нарушение системы вознаграждения и оценивать отдельно мотивацию, ожидание удовольствия, непосредственное переживание удовольствия и обучение на основе вознаграждения.

---

 

Ангедония входит в число ключевых диагностических симптомов депрессивного эпизода и встречается также при биполярном расстройстве. Её наличие связано с более выраженным функциональным снижением, повышенной суицидальностью, психиатрической и соматической коморбидностью, худшим качеством жизни и менее благоприятными результатами лечения. Новый обзор Cutler и соавторов подготовлен как современный экспертный консенсус, цель которого состоит в уточнении клинического понимания, оценки и терапии ангедонии при депрессивном расстройстве.

 

Read More

---

В JAMA Psychiatry опубликовано поперечное исследование, посвящённое использованию агонистов рецептора глюкагоноподобного пептида-1 у людей с расстройствами пищевого поведения. К этому классу относятся препараты, применяемые при сахарном диабете и снижении массы тела, включая семаглутид, тирзепатид, дулаглутид, лираглутид и эксенатид.

---

 

В выборку вошли 436 взрослых участников с расстройствами пищевого поведения в США. Почти треть из них сообщила, что когда-либо использовала препараты этого класса, а примерно каждый пятый – что использует их в настоящее время. Ненадлежащее использование отмечалось у каждого десятого участника. Почти такая же доля сообщила об использовании компаундированных продуктов, качество и контроль которых могут отличаться от коммерчески зарегистрированных препаратов.

 

Клинический смысл работы состоит в том, что препараты, подавляющие аппетит и способствующие снижению веса, могут встраиваться в патологическую логику расстройства пищевого поведения. У части пациентов они могут использоваться для усиления ограничительного поведения, ускорения потери веса и поддержания расстройственной психопатологии.

 

Почему это важно

 

Агонисты рецептора ГПП-1 быстро стали одной из самых обсуждаемых групп препаратов в современной медицине. Их эффективность при ожирении и сахарном диабете изменила подход к фармакологическому контролю массы тела и метаболического риска. Одновременно расширение рынка создало новую клиническую зону риска: препараты с выраженным влиянием на аппетит стали доступны пациентам, у которых снижение веса и ограничение питания уже могут быть частью психопатологии.

 

Расстройства пищевого поведения часто сопровождаются амбивалентным отношением к лечению, страхом набора веса, скрытым ограничением питания, компенсаторным поведением и стремлением удерживать контроль над телом. В такой ситуации препарат, уменьшающий аппетит, может восприниматься пациентом как средство усиления симптомов, даже если формально он назначен по метаболическим показаниям.

 

Эта работа не ставит вопрос о полном запрете агонистов рецептора ГПП-1 у всех людей с текущим или перенесённым расстройством пищевого поведения. Её практический вывод точнее: назначение таких препаратов требует скрининга расстройств пищевого поведения, оценки мотивов использования, мониторинга ограничительного поведения и осторожного наблюдения за изменением отношения к еде, весу и телу.

 

Что изучали

 

Исследование было промежуточным анализом продолжающегося поперечного проекта, в который с марта 2025 года включали людей с расстройствами пищевого поведения. Анализ проводился с декабря 2025 по январь 2026 года. Участников набирали через сеть федерально финансируемых исследований, не связанных с использованием агонистов рецептора ГПП-1, через национальные организации и целевой онлайн-рекрутинг.

 

В исследование вошли 436 человек. Средний возраст составил 34 года, 94% участников были женщинами. Распределение диагнозов было клинически неоднородным: 27,2% имели нервную анорексию, 18% – компульсивное переедание, 11,7% – атипичную нервную анорексию, 6,8% – нервную булимию. Другие расстройства питания и приёма пищи, включая избегающее или ограничительное расстройство приёма пищи, составили ещё 18,3% выборки; 18% участников были отнесены к категории ремиссии.

 

Участников спрашивали об использовании препаратов класса агонистов рецептора ГПП-1 в течение жизни и в настоящее время. Отдельно оценивалось ненадлежащее использование: превышение назначенной дозы, более быстрое повышение дозировки по сравнению с рекомендациями, продолжение лечения за пределами назначенного периода, вмешательство в устройство для инъекций или передача препарата людям без назначения.

 

Основные результаты

 

Всего 140 участников, или 32,1% выборки, сообщили, что когда-либо использовали агонисты рецептора ГПП-1. Текущее использование отметили 96 человек, что соответствует 22,0% выборки.

 

Ненадлежащее использование препаратов этого класса отмечалось у 10,1% участников. Использование компаундированных продуктов указали 9,9%. Эти формы особенно важны с точки зрения безопасности, поскольку они могут распространяться вне стандартного лекарственного контроля, через телемедицинские компании или нерегулируемые каналы.

 

Частота использования в этой целевой выборке была выше, чем ориентировочная распространённость использования агонистов рецептора ГПП-1 в общей взрослой популяции США. Это не означает, что все случаи использования были патологическими или ненадлежащими: часть участников могла получать препараты по медицинским показаниям, связанным с сахарным диабетом или снижением массы тела. Однако сама распространённость использования среди людей с расстройствами пищевого поведения требует отдельного клинического внимания.

 

Почему препараты ГПП-1 могут быть проблемой при расстройствах пищевого поведения

 

Агонисты рецептора ГПП-1 уменьшают аппетит, замедляют опорожнение желудка и способствуют более раннему и длительному ощущению насыщения. Эти эффекты терапевтически полезны при определённых метаболических состояниях, но при расстройствах пищевого поведения они могут усиливать ограничительное поведение.

 

Для пациента с нервной анорексией или атипичной нервной анорексией снижение аппетита может облегчать дальнейшее ограничение питания. При нервной булимии или компульсивном переедании препарат может восприниматься как способ контроля, который усиливает циклы запрета, страха перед едой и компенсаторного поведения. У людей с избегающе-ограничительным расстройством приёма пищи подавление аппетита и желудочно-кишечные побочные эффекты могут дополнительно уменьшать пищевое разнообразие и объём питания.

 

Дополнительный риск связан с тошнотой, ранним насыщением и снижением интереса к еде. Для большинства пациентов эти эффекты рассматриваются как побочные или ожидаемые фармакологические проявления. У человека с активной расстройственной психопатологией они могут субъективно закрепляться как желательное состояние и использоваться для поддержания болезни.

 

Что это меняет для клинической практики

 

Перед назначением агонистов рецептора ГПП-1 важно оценивать не только индекс массы тела, гликемический профиль и кардиометаболические риски, но и историю отношений пациента с едой, весом и телом. В клинической беседе нужно уточнять эпизоды ограничительного питания, переедания, рвоты, злоупотребления слабительными или диуретиками, чрезмерной физической нагрузки, выраженного страха набора веса и прошлые диагнозы расстройств пищевого поведения.

 

Особое значение имеет вопрос мотивации. Один и тот же препарат может использоваться пациентом в разных логиках: для лечения сахарного диабета, снижения метаболического риска, контроля массы тела или усиления симптомов расстройства пищевого поведения. Поэтому важно обсуждать, чего пациент ожидает от терапии, как он будет реагировать на снижение аппетита, какие пищевые ограничения уже есть и как изменится поведение при потере веса.

 

Во время лечения мониторинг должен включать не только массу тела, гликемию и желудочно-кишечные побочные эффекты. Необходимо отслеживать усиление пищевых ограничений, рост страха перед едой, увеличение времени без пищи, снижение гибкости питания, возвращение компенсаторного поведения, ухудшение образа тела и использование препарата вне назначенной схемы.

 

Значение для психиатров и специалистов по расстройствам пищевого поведения

 

Для специалистов по расстройствам пищевого поведения эта работа показывает новую форму фармакологического риска. Раньше клиническое внимание чаще концентрировалось на слабительных, диуретиках, стимуляторах, тиреоидных гормонах и других средствах контроля веса. Расширение использования агонистов рецептора ГПП-1 добавляет к этому списку препараты, которые могут назначаться легально и по медицинским показаниям, но при этом взаимодействовать с центральными механизмами расстройственного поведения.

 

Для психиатра важно прямо спрашивать о таких препаратах. Пациент может не считать их психиатрически значимыми и не сообщить о них, если вопрос сформулирован только как «какие психотропные препараты вы принимаете?». В клиническом опросе уместно отдельно уточнять препараты для снижения веса, контроля аппетита, сахарного диабета, инъекционные препараты и средства, полученные через онлайн-сервисы.

 

Для врачей, назначающих агонисты рецептора ГПП-1, важен обратный вывод: наличие избыточной массы тела или метаболического риска не исключает расстройство пищевого поведения. Приступообразное переедание, булимия, атипичная анорексия и другие формы нарушенного пищевого поведения могут сочетаться с разными весовыми категориями. Поэтому скрининг должен ориентироваться на поведение и психопатологию, а не только на внешний вид или массу тела.

 

Ограничения

 

Исследование имеет важные ограничения. Это промежуточный анализ продолжающегося поперечного исследования, выполненного в целевой выборке людей с расстройствами пищевого поведения. Такая выборка не является репрезентативной для всей популяции людей с расстройствами пищевого поведения и тем более для всех пользователей агонистов рецептора ГПП-1.

Дизайн исследования не позволяет установить причинно-следственные связи. Нельзя определить, начинали ли пациенты использовать препараты из-за уже существующей расстройственной психопатологии, способствовали ли препараты усилению симптомов или обе ситуации встречались параллельно. Данные основаны на самоотчёте, что также требует осторожности при интерпретации.

Ещё одно ограничение связано с тем, что исследование оценивало использование в контексте основных медицинских показаний, включая диабет и контроль массы тела. В реальной практике могут существовать дополнительные формы доступа, off-label использование и нерегулируемые каналы получения препаратов, которые требуют отдельного изучения.

 

Почему это важно

 

Расширение рынка агонистов рецептора ГПП-1 меняет клинический ландшафт расстройств пищевого поведения. Препараты, способные быстро снижать аппетит и массу тела, могут быть полезны при правильно выбранных показаниях, но у уязвимых пациентов те же эффекты способны поддерживать ограничение питания, страх набора веса и патологический контроль над телом.

 

Перед назначением препаратов этого класса следует оценивать расстройства пищевого поведения в настоящем и анамнезе, а при их наличии – обсуждать лечение совместно со специалистами по этой группе расстройств. Во время терапии нужно отслеживать не только метаболические показатели, но и изменения пищевого поведения, мотивации, отношения к телу и признаков ненадлежащего использования.

 

Эта работа важна не потому, что закрывает вопрос безопасности агонистов рецептора ГПП-1 при расстройствах пищевого поведения. Она впервые даёт количественный сигнал о масштабе проблемы и показывает, что клиническая практика должна успевать за быстрым распространением препаратов, меняющих аппетит, вес и поведение вокруг еды.

 

Перевод: Жоров Е. Н.

 

Источник: Peiper NC, Zibbell JE, LaJoie AS, Wahlang B, Krishnasamy SS, Levinson CA. Use and Misuse of GLP-1 Receptor Agonists Among People With Eating Disorders. JAMA Psychiatry. Published online June 24, 2026. doi:10.1001/jamapsychiatry.2026.1716.