Антиамилоидные моноклональные антитела при болезни Альцгеймера
В Cochrane Database of Systematic Reviews опубликован систематический обзор рандомизированный контролируемых испытаний, в котором оценивали эффективность и риски антиамилоидных моноклональных антител (адуканумаб, донанемаб, леканемаб и др.) у пациентов с умеренными когнитивными нарушениями или легкой деменцией вследствие болезни Альцгеймера.
К 18-му месяцу лечения препараты вероятно дают мало или вообще не дают эффекта по ключевым клиническим исходам по сравнению с плацебо: по снижению когнитивных функций, тяжести симптомов деменции и базовой повседневной активности. Отдельно описан возможный небольшой эффект на более сложные повседневные навыки (например, покупки/финансы/приём лекарств) – но он опирается на одно исследование (1252 участника).
При этом антиамилоидные антитела повышают риск амилоид-связанных изменений на МРТ (ARIA): в среднем отёк мозга (ARIA-E) возникал у 119 на 1000 пациентов на терапии против 12 на 1000 на плацебо; также возможен небольшой рост микрокровоизлияний. В обзоре не выявлено увеличения других серьёзных нежелательных явлений или смертности, однако авторы подчеркивают, что нежелательные явления и клинические исходы во многих РКИ сообщались непоследовательно, а симптомные и бессимптомные ARIA часто не разделяли.
Эффективность бензодиазепинов при кататонии
В Acta Psychiatrica Scandinavica опубликованы результаты систематического обзора и метаанализа, в котором оценили эффективность бензодиазепинов при кататонии и попытались определить связь между дозой и улучшением симптомов. Авторы отмечают, что при широком использовании лоразепама и ЭСТ доказательств по оптимальным дозам бензодиазепинов всё ещё недостаточно.
Диапазон доз лоразепама в исследованиях составил 2–60 мг/сут, медиана – 8 мг/сут; длительность лечения в большинстве работ не превышала 1 недели. По суммарным данным общая ремиссия достигалась у 55%, а ответ на лечение – у 77% пациентов. В «таргетированном» метаанализе исследований с чётко описанными режимами дозирования и динамикой по шкале выявления кататонии Буша-Френсиса (BFCRS) бензодиазепины ассоциировались со снижением в среднем на −11,88 балла (Cohen’s d −3,15). При мета-регрессии значимой связи “доза–эффект” не выявлено.
Влияние буспирона в сочетании с клозапином на когнитивные функции у пациентов с шизофренией
В British Journal of Clinical Pharmacology опубликовано проспективное исследование, в котором оценивали, усиливает ли буспирон (в разных дозах) эффект клозапина на психопатологию и когнитивные функции у пациентов с шизофренией. В работу включили 46 пациентов, распределённых в 3 группы: клозапин (контроль), клозапин + буспирон 5 мг и клозапин + буспирон 10 мг.
Уже через 4 недели обе группы аугментации показали более выраженное снижение общего балла PANSS, чем контроль. Улучшение позитивной и негативной симптоматики было особенно заметным в группе 10 мг, а к 8-й неделе значимо улучшились и общие симптомы в обеих группах. Также отмечен более быстрый клинический ответ при 10 мг по сравнению с 5 мг. По когнитивным исходам к 8-й неделе в группах буспирона наблюдались улучшения непосредственной памяти и визуально-пространственных/конструктивных функций, а к 12-й неделе добавилось улучшение речевых функций.
Нарушения сна у детей с расстройствами нейроразвития
В Frontiers in Sleep опубликован обзор, посвященный эффективности немедикаментозных вмешательств при нарушениях сна у детей и подростков с расстройствами нейроразвития и других неврологических состояниях включая РАС и СДВГ, а также у пациентов с эпилепсией, ДЦП и редкими генетическими состояниями.
Во всех группах наиболее распространены инсомнические симптомы, а также встречаются циркадные нарушения и расстройства дыхания во сне. Поведенческие и «родитель-ориентированные» вмешательства (психообразование, гигиена сна, структурированные ритуалы, подходы основанные на принципе угашения поведения) стабильно улучшают сон по родительским оценкам и нередко дневное поведение, хотя объективные улучшения по данным актографии и полисомнографии обычно меньше. При СДВГ положительный эффект показаны и для поведенческих программ, и для мелатонина; при ДЦП и редких генетических расстройствах нейроразвития доказательств меньше, поэтому подчеркивается необходимость индивидуализированного мультимодального подхода с коррекцией соматических причин плохого сна.
Обновленные данные по лечению биполярной депрессии
В European Neuropsychopharmacology опубликованы результаты обновленного систематического обзора и «пересборки» данных крупного сетевого метаанализа по лечению биполярной депрессии у взрослых.
Полученные данные показали, что, оланзапин + флуоксетин, кветиапин, оланзапин, луразидон, луматеперон, карипразин и ламотриджин показали эффективность выше плацебо в снижении депрессивной симптоматики при биполярной депрессии с высокой уверенностью в доказательствах; для ряда других препаратов возможный эффект также предполагался, но уверенность в доказательствах оценивалась как очень низкая–низкая.
Влияние ламотриджина на эмоциональную переработку информации
В журнале Psychological Medicine опубликовано рандомизированное двойное слепое плацебо-контролируемое испытание, в котором оценили, как ламотриджин влияет на эмоциональную переработку информации – потенциальный механизм его профилактического эффекта при биполярной депрессии. В исследование включили 36 здоровых добровольцев, рандомизированных на однократный прием ламотриджина 300 мг или плацебо; через 3 часа после приёма участники выполняли батарею Oxford Emotional Test Battery (ETB), а настроение и субъективные эффекты отслеживали по опросникам (в т.ч. PANAS и STAI-State).
Результаты показали, что в задаче эмоционального воспроизведения (EREC) ламотриджин был связан с более точным воспроизведением позитивных по сравнению с негативными самоописаний. При этом в других компонентах ETB (распознавание эмоций на лицах, эмоциональная категоризация) значимых эффектов не обнаружили, и оценки настроения/субъективного опыта между группами также существенно не различались. Авторы делают вывод, что ламотриджин не вызывает “широкого” сдвига эмоциональной переработки, но может формировать ранний позитивный когнитивный сдвиг в эмоциональной памяти, похожий на эффекты, описанные для антидепрессантов в экспериментальных моделях.
Система поддержки принятия решений для персонализации терапии антидепрессантами при большом депрессивном расстройстве
В JAMA опубликовано международное рандомизированное клиническое испытание, в котором оценили веб-инструмент PETRUSHKA – систему поддержки принятия решений, объединяющую клинические и демографические предикторы с предпочтениями пациента для персонализированного подбора антидепрессанта при большом депрессивном расстройстве.
Через 8 недель лечение прекратили 17% пациентов в группе PETRUSHKA против 27% в группе обычной практики: скорректированный относительный риск 0,62 (95% ДИ 0,44–0,88; p=0,007). Отмена из-за нежелательных явлений также встречалась реже: 9% против 16%, скорректированный относительный риск 0,59 (95% ДИ 0,36–0,97; p=0,04). На 24-й неделе среди пациентов с доступными данными симптомы были ниже в группе PETRUSHKA: средний PHQ-9 7,1 против 9,2, а GAD-7 4,6 против 5,8.
Селторексант как аугментация при большом депрессивном расстройстве
В International Journal of Neuropsychopharmacology опубликовано рандомизированное двойное слепое испытание фазы 2, где сравнили селторексант (антагонист орексиновых OX2-рецепторов) и кветиапин пролонгированного высвобождения (XR) в качестве аугментации к текущему СИОЗС/СИОЗСН у пациентов с большим депрессивным расстройством и недостаточным ответом на 1–3 антидепрессанта в текущем эпизоде. Лечение длилось 24 недели; дозы подбирались гибко: селторексант 20/40 мг или кветиапин XR 150/300 мг (с началом 50 мг 2 дня).
Первичная конечная точка – время до отмены препарата по любой причине – статистически не различалась: 25-й перцентиль 62 дня для селторексанта против 42 дней для кветиапина XR, а общая частота отмены составила 41,2% против 47,1%. В анализе «потенциально связанных с лечением» отмен время до прекращения терапии было дольше на селторексанте.
По вторичным исходам (MADRS) на фоне селторексанта наиболее устойчивое и более выраженное улучшение отмечали у пациентов, которые преимущественно получали 20 мг, особенно к 18-й и 24-й неделям; также больший эффект наблюдался у пациентов с более выраженной исходной бессонницей – в согласии с предыдущими данными о большей эффективности 20 мг по сравнению с 40 мг. Профиль переносимости отличался: нежелательные явления отмечены у 65,4% на селторексанте и у 80,8% на кветиапине XR.
S-аденозилметионин как эпигенетическое лечение депрессии у взрослых с детской травмой
В журнале Journal of Psychopharmacology (Taylor & Francis) опубликовано первое исследование у людей, где S-аденозилметионин рассматривали как «эпигенетическую» аугментацию травма-фокусированной терапии при депрессии у пациентов с опытом детской травмы. В двойном слепом РКИ 31 участник получал S-аденозилметионин 1200 мг/сут или плацебо на фоне 12 недель травма-фокусированной психотерапии; наблюдение продолжалось до 6 месяцев.
Депрессивная симптоматика значимо снизилась в течение лечения и улучшение сохранялось при наблюдении – однако это отражало эффект психотерапии: добавочного клинического преимущества S-аденозилметионина не выявили. На биомаркерах также не получили ожидаемого «системного» эффекта: суплементация S-аденозилметионином не изменила плазменные уровни S-аденозилметионина. В эпигеномном анализе не обнаружили значимых различий на уровне отдельных CpG по всему геному, но в региональном анализе нашли 66 дифференциально метилированных регионов (в т.ч. в гене GNMT, связанном с метаболизмом S-аденозилметионина) – авторы подчеркивают, что эти находки носят исследовательский характер.
Переход от 10-Гц повторяющейся транскраниальной магнитной стимуляции к прерывистой стимуляции тета-вспышками у взрослых с депрессией
В журнале Neuromodulation опубликован ретроспективный анализ данных реальной клинической практики (2012–2022), где сравнили результаты лечения депрессии при использовании двух наиболее распространённых протоколов: 10-Гц повторяющейся ТМС (rTMS) и интермиттирующей стимуляции тета-вспышками (iTBS).
Обе группы продемонстрировали сопоставимое снижение депрессивной симптоматики. Доли пациентов с ремиссией составили 33% для rTMS и 40% для iTBS; частота ответа – 28% и 37% соответственно. Эффект в целом не был специфичен для отдельных симптомов или протокола. Авторы отмечают, что показатели эффективности в реальной практике сопоставимы с данными РКИ, а iTBS при аналогичном эффекте выигрывает по временной эффективности, что делает протокол более прагматичным и масштабируемым для рутинной помощи.
Эффективность и безопасность фармакологических вмешательств в поддерживающей терапии биполярного расстройства
В Journal of Affective Disorders опубликованы результаты систематического обзора и дозо-зависимого сетевого метаанализа рандомизированных контролируемых испытаний, где сравнили эффективность и безопасность препаратов для поддерживающего лечения биполярного расстройства с учётом доз и возрастных групп.
В чувствительном анализе (только исследования с низким риском систематической ошибки + исключение «выбросов» по потенциальным модификаторам эффекта) по профилактике рецидива лучше плацебо выглядели: азенапин 20 мг/сут, арипипразол 20–30 мг/сут, кветиапин 300–600 мг/сут, литий 800 мг/сут, луразидон 80 мг/сут, карбамазепин 400–650 мг/сут, вальпроат при концентрации 71–125 мкг/мл, оланзапин 20 мг/сут, а также депо-арипипразол 400 мг каждые 4 недели, депо-рисперидон 25 мг каждые 2 недели и комбинация арипипразол 30 мг/сут + ламотриджин 200 мг/сут.
Материал приготовлен при поддержке психиатрической клиники “Доктор САН” в Санкт-Петербурге (doctorsan.ru) +7 821 407-18-00
Перевод: Черапкин Е. С.
Составитель: Касьянова Е. Д.