В журнале Psychiatry Research группа авторов во главе с Jeong HY опубликовала исследование связи предменструального синдрома (ПМС) и послеродовой депрессии у женщин с рекуррентным большим депрессивным расстройством (recurrent major depressive disorder, рекуррентное БДР). В исследование вошли 2309 женщин с как минимум одними родами в анамнезе: среди участниц с ПМС послеродовая депрессия встречалась у 45,5%, тогда как среди женщин без ПМС – у 22,5%. После учета возраста, семейного анамнеза депрессии (в двух поколениях), сексуального насилия в детстве и возраста менархе, ПМС все еще был связан примерно с двукратным увеличением вероятности послеродовой депрессии. Еще одним важным результатом стала связь с выраженностью самой предменструальной симптоматики, которая прослеживалась с постепенным увеличением вероятности депрессии после родов по мере нарастания выраженности предменструальных симптомов, причем сохранялась она как при разделении женщин на группы с ПМС, так и без него.

Послеродовая депрессия остается одной из значимых проблем психического здоровья женщин в послеродовый период. По данным метаанализов, распространенность составляет около 17%, а последствия могут затрагивать состояние матери, формирование связи между матерью и ребенком и дальнейшее развитие ребенка. Одним из наиболее устойчивых факторов риска считается депрессия в анамнезе у матери. У женщин с БДР вероятность послеродовой депрессии значительно выше, однако авторов заинтересовал другой вопрос: может ли наличие ПМС дополнительно указывать на риск у женщин, которые уже относятся к уязвимой группе из-за рекуррентного течения депрессии?

ПМС и послеродовую депрессию давно связывают с измененной чувствительностью к колебаниям половых гормонов. При этом речь не обязательно идет об аномальных концентрациях эстрогена или прогестерона. Предполагается, что у части женщин нервная система иначе реагирует на нормальные гормональные изменения в течение менструального цикла и репродуктивного периода. Поэтому ПМС, предменструальное дисфорическое расстройство и послеродовая депрессия могут частично пересекаться по механизмам аффективной уязвимости. Особенно интересен этот вопрос у женщин с рекуррентным БДР, где исходный риск новых депрессивных эпизодов уже достаточно высок.

Авторы использовали данные Korean Mood Disorder Genetic Study-Depression (KOMOGEN-D) – крупного корейского исследования генетических основ рекуррентного БДР, созданного для набора большой клинической выборки женщин с повторными депрессивными эпизодами. В анализ вошли 2309 женщин с рекуррентным БДР и как минимум одними родами в анамнезе. Диагноз БДР подтверждался психиатром, после чего проводилось стандартизированное клиническое интервью. Послеродовой депрессией считался депрессивный эпизод продолжительностью от 2 недель, возникший в течение 6 месяцев после родов. ПМС оценивали ретроспективно по четырем симптомам перед менструацией: утомляемости, депрессивному настроению, раздражительности и перепадам настроения. Для отнесения к группе ПМС было достаточно хотя бы одного симптома умеренной или тяжелой степени.

Из 2309 женщин 1274 сообщили о наличии ПМС, а у 813 была зарегистрирована послеродовая депрессия в анамнезе. Среди женщин с ПМС частота послеродовой депрессии составляла 45,5% против 22,5% у женщин без ПМС. Участницы с послеродовой депрессией также раньше сталкивались с первым депрессивным эпизодом. Причем, медианный возраст начала депрессии составлял 29 лет против 37 лет у женщин без послеродовой депрессии. У них чаще встречались депрессия у родителей или сиблингов, а также сексуальная травма в детстве.

В однофакторном анализе с послеродовой депрессией были связаны ПМС, сексуальное насилие в детстве, семейный анамнез депрессии, более молодой возраст и более раннее менархе. После включения факторов в общую модель часть связей исчезла. Независимое значение сохранили ПМС, семейный анамнез депрессии и более молодой текущий возраст. ПМС был связан с увеличением вероятности послеродовой депрессии примерно в 2 раза, а наличие депрессии у близких родственников – примерно в 1,5 раза.

Отдельно авторы обнаружили постепенное увеличение вероятности послеродовой депрессии по мере роста выраженности предменструальных симптомов. Это согласуется с предположением, что важным может быть не сам факт наличия ПМС, а общая выраженность аффективной реакции на гормональные колебания. Одним из возможных механизмов рассматривается чувствительность ГАМК-ергической системы к аллопрегнанолону – нейроактивному метаболиту прогестерона. Нарушения в этой системе ранее обсуждались как потенциальное звено, объединяющее ПМС, послеродовую депрессию и БДР.

Одним из методологических недочетов исследования является то, что авторы использовали возраст женщины на момент обследования, хотя для оценки риска послеродовой депрессии более информативным был бы возраст на момент родов. Сами  авторы предполагают, что более молодые участницы могли лучше помнить недавние эпизоды послеродовой депрессии, тогда как женщины старшего возраста могли недооценивать события, происходившие десятилетия назад. Полученный результат не означает, что молодой возраст женщины во время родов сам по себе повышает риск послеродовой депрессии.

Еще одним ограничением является то, что авторы  не диагностировали по строгим клиническим критериям ПМС в исследовании. Симптомы оценивались ретроспективно, без ежедневного наблюдения в течение нескольких циклов, оценки функциональных нарушений и подтверждения того, что они исчезали после начала менструации. Поэтому часть женщин могла иметь не ПМС в строгом смысле, а предменструальное обострение уже существующей депрессии. Этот момент особенно важен именно для данной выборки: все участницы имели рекуррентное БДР, поэтому предменструальное обострение уже существующих депрессивных симптомов могло быть ошибочно отнесено к ПМС. Без оценки того, исчезали ли симптомы после начала менструации, надежно разделить эти два состояния невозможно.

Исследование не позволяет говорить о том, что ПМС непосредственно вызывает послеродовую депрессию. Однако выраженные предменструальные симптомы могут быть одним из признаков повышенной аффективной уязвимости у женщин с рекуррентным БДР. Сбор информации о симптомах перед началом цикла может помочь заранее выделять женщин с более высоким риском депрессивного эпизода после родов. Для подтверждения этой связи необходимы проспективные исследования с наблюдением симптомов в течение менструальных циклов, оценкой гормональных показателей и более точным разделением ПМС и предменструального обострения депрессии.

Перевод: Корягина Д. А.

Источник: Yang, Jeong Hun et al. “Association between premenstrual syndrome and postnatal depression in women with recurrent major depressive disorder.” Psychiatry research vol. 360 (2026): 117112. doi:10.1016/j.psychres.2026.117112