Короткие видеоролики стали одной из самых быстрорастущих форм цифрового контента. Платформы с короткими видео ежедневно привлекают миллионы пользователей, а их алгоритмы подбирают поток материалов таким образом, чтобы удерживать внимание как можно дольше. Несмотря на популярность этого формата, научные данные о его влиянии на когнитивные функции остаются ограниченными. Новое исследование, опубликованное в журнале Frontiers in Human Neuroscience, показывает, что склонность к чрезмерному потреблению коротких видео может быть связана с изменениями в механизмах внимания и самоконтроля.

Современные цифровые платформы предлагают пользователям быстро сменяющиеся, насыщенные стимулом видеоролики, которые требуют минимальных усилий для восприятия. Такой формат контента способен поддерживать постоянный поток сенсорной информации и стимулировать эмоциональные реакции. В то же время внимание человека представляет собой ограниченный когнитивный ресурс. Длительное взаимодействие с подобным типом медиасреды вызывает опасения у исследователей, поскольку может влиять на процессы концентрации, подавления отвлекающих стимулов и регуляции поведения.

Read More

Слуховые галлюцинации обычно обсуждают как признак психоза, однако в клинической практике это более широкий феномен: голоса могут возникать при разных психических и неврологических состояниях, а иногда у людей без установленного диагноза. В работе Strachan, Paulik и McEvoy предложена модель травма-ассоциированных голосов, которая связывает слуховые галлюцинации с нарушением контекстуализации травматической памяти, диссоциацией, чувством угрозы и дезадаптивными интерпретациями. Такой подход важен для клинициста, поскольку помогает видеть за «голосами» не один симптом из психотического регистра, а сложный опыт, в котором могут соединяться травма, память, аффект и способы совладания.

Слуховые галлюцинации представляют собой необычный перцептивный опыт, при котором человек слышит голос или несколько голосов при отсутствии соответствующего внешнего источника и не воспринимая их как результат собственной интеллектуальной деятельности. 

Хотя феноменология слуховых галлюцинаций весьма вариативна, значительная часть испытывающих их лиц сталкивается с выраженным психологическим дистрессом и нарушением социального функционирования. Cлуховые галлюцинации традиционно ассоциируются с психотическими расстройствами. Однако они также наблюдаются при широком спектре других психических и неврологических заболеваний.

Кроме того, слуховые галлюцинации могут возникать и у здоровых людей – по оценкам, от 10% до 28% людей хотя бы раз в жизни сообщали о подобном опыте, причём около 20% из них не соответствовали критериям какого-либо психического расстройства. Таким образом, слуховые галлюцинации, следует рассматривать как самостоятельные клинические феномены, не всегда относящиеся к психическим расстройствам. 

Read More

Ксономелин/троспиум сохраняет эффективность и безопасность при лечении шизофрении в течение года

В журнале American Journal of Psychiatry опубликовано 52-недельное расширенное открытое исследование EMERGENT-4, в котором оценивались долгосрочная безопасность, переносимость и эффективность комбинации ксономелин/троспиум хлорида (К/Т) у взрослых пациентов с шизофренией. Участники получали пероральные дозы К/T дважды в день, постепенно титруемые до максимальной дозы 125/30 мг, и наблюдались в течение 52 недель после окончания фазы III. 

Read More

Исследование в Schizophrenia Bulletin показывает, что разные типы детской травмы могут быть связаны с различными проявлениями шизофренического спектра. У пациентов с шизофренией и шизоаффективным расстройством чаще выявлялось сексуальное насилие в анамнезе, а его большая выраженность ассоциировалась с нарушениями восприятия, параноидными идеями и дезорганизацией. При шизотипическом расстройстве более заметным оказался сигнал эмоционального насилия, связанный с депрессивной симптоматикой. Эти данные поддерживают представление о том, что детская травма влияет не просто на общий риск психоза, а на клинический профиль и тяжесть расстройств шизофренического спектра.

В журнале Schizophrenia Bulletin опубликовано исследование Chi C. Chan и соавт., в котором сравнивались степени тяжести детской травмы у пациентов с шизофренией, шизоаффективным расстройством, шизотипическим расстройством и в группе контроля. Авторы исходили из гипотезы, что более тяжёлая травма может быть связана с развитием более тяжёлых форм расстройств шизофренического спектра. Было показано, что сексуальное насилие в анамнезе чаще встречается у пациентов с шизофренией и шизоаффективным расстройством по сравнению с шизотипическим расстройством и контролем. Более высокая выраженность сексуального насилия ассоциировалась с более выраженными нарушениями восприятия, параноидными идеями и симптомами дезорганизации.

Read More

Новый выпуск подкаста “Психиатрия и нейронауки” посвящен началу изучения Болезни Альцгеймера – от первого описанного случая до современных дискуссий о природе этого заболевания. В центре внимания – статья Алоиса Альцгеймера 1911 года и обстоятельства, сопутствовавшие открытию.

Подробно разберем клинические случаи, с которых все началось: историю Августы Детер, которую считают первым пациентом с Болезнью Альцгеймера, и случай Иоганна Ф., повлиявший на дальнейшие исследования. Рассмотрим исторический контекст: работы Оскара Фишера и решающий вклад Эмиля Крепелина. И, наконец, поразмышляем о том, как менялись представления о нормальной старости и почему объединение пресенильной и сенильной деменции произошло только в 1970-е годы.

• Apple podcasts 
• Яндекс музыка 
• Сайт подкаста Психиатрия и Нейронауки

Обзор в Journal of Neurochemistry предлагает рассматривать обсессивно-компульсивное расстройство через призму нейроглиальной дисфункции. В центре этой модели оказываются астроциты – клетки, регулирующие глутаматергическую и ГАМКергическую передачу, синаптическую пластичность, нейроиммунные процессы и метаболизм дофамина. Такой взгляд расширяет классическую модель кортико-стриато-таламокортикального контура и указывает на новые терапевтические мишени, связанные с восстановлением баланса возбуждения и торможения при ОКР.

Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) долгое время рассматривалось как расстройство дисрегуляции кортико‐стриато‐таламокортикального контура. Однако накопленные в последние годы данные заставляют пересмотреть эту концепцию, выдвигая астроциты, ранее считавшиеся лишь вспомогательными клетками, в центр патофизиологии ОКР.  

В обзоре Gonzalez L, опубликованном в Journal of Neurochemistry, ОКР переосмысливается как расстройство нейроглиальной дисфункции. Объединяя данные исследований на людях и животных, авторы предлагают нейроглиальную модель ОКР, которая углубляет понимание механизмов заболевания и открывает перспективы для разработки прицельных методов лечения.

Read More

В журнале Nature Genetics опубликовано крупнейшее на сегодняшний день многоэтническое геномное исследование тревожных расстройств. В анализ включено более 1,2 миллиона участников, из них 97 383 случая тревожных расстройств пяти континентальных групп. Исследование подтвердило, что тревожные расстройства характеризуются выраженной полигенностью и фенотипической гетерогенностью.

В европейской подвыборке выявлено 40 независимых геномно-значимых вариантов, из которых 29 являются новыми. Кросс-популяционный анализ добавил ещё 10 новых локусов. Среди наиболее значимых сигналов выделены варианты вблизи LINC01360, CNTN5 и rs4702, ассоциированный с регуляцией FURIN. Последний локус демонстрирует связь с регуляцией созревания BDNF, что биологически согласуется с современными моделями нейропластичности при тревожных и аффективных расстройствах. Отдельно подтверждена роль DRD2 в мозжечке, что подчёркивает значение дофаминергической регуляции в патогенезе тревоги.

Read More

Новое исследование в Nature предлагает рассматривать болезнь Паркинсона не как изолированное двигательное расстройство, а как нарушение более широкой сомато-когнитивной сети действия. Эта сеть связывает движение, бодрствование, вегетативную регуляцию, телесные ощущения, мотивацию и когнитивное сопровождение поведения. На данных 863 человек авторы показали, что при болезни Паркинсона ключевым признаком становится гиперсвязанность этой сети с подкорковыми структурами, а эффективное лечение – леводопа, глубокая стимуляция мозга, транскраниальная магнитная стимуляция и ультразвуковая нейромодуляция – сопровождается её уменьшением. Это смещает фокус с локального дефекта моторной системы к модели патологического контура, который можно точнее измерять и, возможно, более прицельно модулировать.

Болезнь Паркинсона традиционно воспринимают как двигательное расстройство, однако в реальной клинической картине она нередко начинается исподволь и затрагивает гораздо больше, чем контроль движений. Нарушения сна, соматические симптомы,  дисфункция вегетативной нервной системы, а также изменения мотивации и когнитивной эффективности постепенно складываются в системное заболевание, где страдают и тело, и поведение. В работе, опубликованной в журнале Nature, авторы предлагают рассматривать болезнь Паркинсона как расстройство сомато-когнитивной сети действия, которая координирует бодрствование, физиологию внутренних органов, планы движений всего тела и поведенческую мотивацию.

Read More

Разговор с ребёнком о суицидальных мыслях часто вызывает у взрослых тревогу: не станет ли сам вопрос дополнительным риском? Новое исследование показывает, что у детей 8–12 лет регулярный скрининг суицидальности не был связан с ростом суицидальных мыслей и поведения в течение 12 месяцев наблюдения. Это касалось детей как из группы низкого риска, так и из группы высокого риска. Даже обсуждение уже имевшегося суицидального опыта не повышало вероятность последующего положительного результата скрининга. Для клинической практики это важный аргумент: вопрос о суициде не «подсказывает» ребёнку опасную идею, а помогает вовремя заметить риск и организовать помощь.

В журнале Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry опубликовано исследование, посвящённое влиянию разговора о суициде с детьми предподросткового возраста. Его авторы Laura Hennefield et al. показали, что проведение скрининга суицидальности не увеличивает риск суицидального поведения ни в группе высокого, ни в группе низкого риска. Наблюдение длилось 12 месяцев. Ни сам скрининг, ни обсуждение предыдущего суицидального опыта не повышали риск появления суицидальных мыслей. Это означает, что скрининг в данной возрастной категории может приносить значимую клиническую пользу.

Read More